СОРОКИН А.И. "ОБОРОНА ПОРТ-АРТУРА (русско-японская война 1904-1905 гг.)", 1948

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ

УЧАСТИЕ ГРАЖДАНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ В ОБОРОНЕ КРЕПОСТИ

К началу перерыва сухопутных сообщений между Порт-Артуром и Манчжурией из 51300 человек гражданского населения в городе осталось всего около 16 тысяч, из них: русских до двух тысяч, китайцев до 14 тысяч (2 тысячи женщин и детей) и представителей главным образом европейцев- коммерсантов около 200. К ноябрю жителей стало еще меньше и особенно китайцев, которые выехали из осажденного города на шаландах морем в Китай.

Гражданская жизнь в городе замерла: сильно упала торговля, прекратилась работа в торговом порту, закрылся Русско-китайский банк, стали ненужными почта и другие учреждения, закрылись школы. Зато были расширены и оборудованы разные мастерские в военном порту для изготовления ручных гранат1 и ремонта вооружения; в порту день и ночь ремонтировались поврежденные корабли и пловучие средства порта. Гражданское население принимало деятельное участие в работах по укреплению рубежей обороны и в обслуживании гарнизона крепости. Многие дома были превращены в госпитали.

1Для изготовления гранат были использованы гильзы от снарядов, главным образом 37- и 47-миллиметровых, которые начинялись сухим пироксилином; для воспламенения служил бикфордов шнур. При кустарном производстве в день изготовлялось до 300 гранат, использовалось это оружие обычно в дни штурмов против атакующего противника. Ввиду большого веса (до 2 килограммов) гранаты применялись для ближнего боя (20-25 шагов). Граната давала много осколков и наносила неприятелю большой урон

Сразу же после сражения у Кинчжоу из мужского населения Порт-Артура, не призванного по мобилизации, но способного носить оружие, по приказу Стесселя было сформировано три дружины численностью в 500 человек каждая. Дружинники носили гражданскую форму, но были вооружены винтовками, обучены строевой службе, несению караулов и стрельбе. Первая дружина состояла почти исключительно из портовых рабочих, которые, кроме работы по специальности, несли караульную службу в военном порту.

Следует отметить, что только 189 рабочих Балтийского завода, прибывших в начале войны из Петербурга, отремонтировали и ввели в строй подорванные торпедами в ночь на 9 февраля броненосцы "Ретвизан", "Цесаревич" и крейсер "Победу". При работах за неимением дока были применены кессоны. Эти же рабочие ремонтировали и поврежденные миноносцы.

Два батальона дружинников в июне - июле работали на строительстве оборонительных сооружений и постоянно несли караульную службу на центральной ограде города. Во время тесной осады они несли охранную службу в черте города, доставляли на позиции боеприпасы и продовольствие, после штурмов убирали на позициях трупы; наконец, они являлись резервом обороны на последний случай.

Из жителей города была сформирована велосипедная летучая почта, состоявшая из 57 гражданских лиц и 12 солдат. При ненадежной во время боев проводной связи велосипедисты обеспечивали связь между штабом крепости и многочисленными укреплениями на передовой линии. Несмотря на крутые горные дороги, часто тропы, всегда под огнем противника, велосипедисты до конца осады безотказно работали. В ноябре спаренные велосипеды впервые были применены для перевозки раненых. Сотни их в сравнительно короткое время переправлялись в городские госпитали и благодаря своевременной помощи быстро выздоравливали.

В тяжелое время осады гражданское население за малым исключением делало все, что от него требовали.

Если гарнизон крепости уже в начале ноября ощущал недостаток в продуктах питания, то гражданское население в это время находилось в еще более тяжелом положении. Первые предметы необходимости с каждым днем дорожали и постепенно исчезали из продажи. В конце ноября на базаре продавалась собачина, конина стала роскошью.

Из-за частых обстрелов города большинство жителей перебралось жить в погреба или в специально приспособленные для этого укрытия.

Гражданскую власть в Порт-Артуре осуществлял председатель городской управы, он же гражданский комиссар Квантунской области подполковник Вершинин, но генерал Стессель не признавал за ним никаких прав в осажденной крепости, он не стремился через местную администрацию и при ее помощи организовать жителей города на защиту крепости.

До войны в районах Южного Квантуна вылавливались сотни тысяч пудов всевозможной рыбы. В период осады лов рыбы прекратился... Стессель боялся рыбаков, подозревая их в шпионаже, и поэтому запретил выход в море. Все рыболовецкие суда было приказано вытащить На берег и привести в негодное состояние; солдаты срубили на судах мачты, пробили днища и т.д. Вместо того, чтобы оказать помощь китайцам- огородникам из окрестных деревень, поощрить их труд, Стессель выселил их из деревень, а впоследствии, когда он их вернул, огороды уже были уничтожены.

В начале осады в крепость (Голубиную бухту), главным образом из Чифу (Китай), часто приходили на шаландах китайцы, которые, рискуя жизнью, ночью прорывались через блокаду японцев и привозили для продажи продовольствие: мясо, масло, фрукты, овощи и пр. Однако Стессель выставил в Голубиной бухте, в месте прибытия китайских купцов, воинские патрули во главе с офицерами, которые своим отношением к китайцам быстро свели на нет всю торговлю.

В октябре Стессель запретил издание единственной в Порт-Артуре газеты "Новый Край". Вместо того, чтобы использовать газету в интересах обороны, держать через нее связь с войсками, Стессель, решив, что газета раскрывает секреты, закрыл ее. Впоследствии, когда его судили за сдачу крепости, он заявил, что газету он запретил по докладу других лиц, так как сам ее никогда не читал. Это - убийственная характеристика для царского генерала, грубого, невежественного человека, в руки которого была отдана судьба крепости со всем его гарнизоном.

В начале ноября в госпиталях Порт-Артура находилось свыше 7 тысяч раненых и больных. Забота о раненых легла на медицинский персонал и на сотни простых тружеников из местного населения. Всего насчитывалось 25 госпиталей. Ими были заняты все пригодные здания, и тем не менее мест нехватало, раненых и больных располагали на полу, между кроватями, в коридорах, а они всё прибывали и прибывали, иногда до 800-900 человек в день, причем раненых было меньше, чем больных цынгой, дизентерией, тифом и т.д.

Местные жители осажденного Порт-Артура переносили не меньшие лишения и тяготы, чем солдаты, защищавшие крепость. Жители отдавали все свои силы для обороны, шли на жертвы, но их усилия не были разумно использованы военным командованием, и это ослабляло боеспособность осажденной крепости.

ЧЕТВЕРТЫЙ ШТУРМ КРЕПОСТИ

Контрминные работы русских против подкопов противника на форту №II были закончены 27 октября, накануне третьего штурма. В этот же день комендант крепости генерал-лейтенант Смирнов прибыл на форт и лично произвел взрыв камуфлета. Минная галлерея японцев, подведенная под бруствер форта, была полностью разрушена, но вместе с тем взрывом был поврежден и угол контрэскарпового капонира форта. Японцы воспользовались этим и в ночь на 28 октября проникли в капонир. Форт оказался в большой опасности. Начался бой под землей, в темноте, в ход пошли гранаты и штыки. После непродолжительной схватки солдаты противника отступили, лаз в капонир был заделан мешками с землей и вблизи него расположены стрелки в полной боевой готовности. Саперы противника произвели около лаза новый взрыв и через образовавшийся пролом снова проникли в капонир. Русские солдаты встретили и уничтожили их ручными гранатами и штыками. Японцам не удалось захватить капонир, но форт оставался под угрозой. Положение на форту №III было также крайне серьезное.

Генерал Фок, считая, что форты вот-вот будут захвачены противником, 29 октября убедил Стесселя подготовить их для взрыва. Стессель, не разобравшись в обстановке, поверил Фоку и приказал генералу Смирнову заминировать форты №II и №III, временное укрепление №3 и Курганную батарею.

После этого приказа Фок проявил кипучую деятельность. Он торопил всех, чтобы как можно скорее на форты везли порох и немедленно готовили их к взрыву. Часть форта №III была заминирована, но на форту №II этого сделать не удалось из-за противодействия коменданта форта поручика Фролова, который обратился в штаб крепости и доказал, что минирование форта принесет только вред, так как подорвет веру солдат в свои силы. Фролов принимал все меры для того, чтобы отстоять форт, и 30 октября солдаты оправдали надежды, возлагавшиеся на них.

После неудачного третьего штурма минные работы против фортов №II и №III возобновились. Продолжая вести земляные работы, неприятель использовал и другие средства, ведя систематическую бомбардировку позиций и города. На передовых линиях часто вспыхивали скоротечные бои местного значения.

В крепости нехватало продовольствия, с наступлением зимы усилились холода, связь со страной отсутствовала, но порт-артурцы дрались с прежней энергией и упорством. Артиллеристы береговой и корабельной артиллерии били ежедневно по позициям врага, солдаты-охотники почти каждую ночь производили вылазки в неприятельские сапы; саперы и минеры вели контрминные работы, по ночам восстанавливали разрушения, причиненные артиллерийским огнем неприятеля, совершенствовали оборонительные сооружения.

В гарнизоне совершенно иссякли мясные запасы. На 14 ноября солонины, консервов и мяса оставалось только на одну выдачу. Правда, были лошади, но их берегли, ибо без лошадей крепость обойтись никак не могла, нужно было подвозить на позиции снаряды, патроны, питание и т.д. В связи с недостатком мясных продуктов Стессель отдал крепостному интенданту приказ, в котором предписывал отпуск консервов для войск прекратить; имевшиеся запасы расходовать только для больных и раненых по полбанке на человека в день, в течение пяти дней в неделю, остальные два дня выдавать по четверти фунта конины. Офицерам, находившимся на позиции, было приказано отпускать по полбанке консервов ежедневно; нижним чинам выдавать конское мясо четыре раза в неделю по четверти фунта на человека.

Но положение еще не было безвыходным. Еще можно было покупать продовольствие и даже скот в крепости и ее окрестностях. Там, где командиры заботились о солдате, было не так уж плохо. Командир Квантунского флотского экипажа капитан 2 ранга Бубнов в донесении командиру порта в середине декабря в связи с недостатком продовольствия писал:

"Прекращение отпуска солонины мало отозвалось на экипаже, потому что я заблаговременно закупил ослов и лошаков, а кроме того вошел в соглашение с частным подрядчиком о доставке конины... команда по праздникам даже получала свинину, и свиньи в экипаже еще имеются...

Роты на позициях... свежее мясо получают от экипажа. Зелень только сухая, бобов и рису запас был сделан заблаговременно, хотя последнего, как и гречневой крупы, осталось не много. Цены на нее поднимаются, рис в частной продаже 12 рублей за пуд, бобы 4 рубля, а конина поднялась до 23 рублей1.

1ЦГВМА. Русско-японская война, дело 182-184, по описи 775 №17, л. 94

Совершенно очевидно, что продукты питания в крепости были, хотя и продавались по дорогой цене.

Усилились эпидемические заболевания, от которых умирало людей не меньше, чем выходило из строя от оружия противника. Так, в октябре потери в боях составляли 87 офицеров и 3407 солдат убитых, раненых и пропавших без вести, потери от болезней составляли 51 офицер и 2432 солдата2.

2Русско-японская война, т. VIII, Оборона Квантуна и Порт-Артура, ч. II, стр. 499

В ноябре особенно пострадали корабли эскадры. Японцы вели по ним систематический огонь из 11-дюймовых гаубиц. С 28 сентября по 5 ноября в корабли попало 38 11-дюймовых и 67 других калибров снарядов, которые нанесли броненосцам и крейсерам существенные повреждения. Флот продолжал передавать на сухопутный фронт артиллерию, снаряды и личный состав. Из офицеров на кораблях оставались командир, старший офицер и механик; остальные находились на позициях, командуя ротами, взводами и батареями, или руководили изготовлением боевых припасов в мастерских и лабораториях.

Из матросов на броненосцах и крейсерах были оставлены только машинисты, часть комендоров и минеры.

18 ноября в крепости была получена телеграмма из штаба Манчжурской армии, сообщавшая обстановку на театре военных действий.

"Генерал-адмирал Алексеев выезжает в Петербург, - сообщал начальник штаба армии. - Главнокомандующим армиями и флотом назначен генерал-адъютант Куропаткин. Из войск на театре войны и прибывающих корпусов формируются три армии. Манчжурская армия перешла 22 сентября (5 октября) в наступление, первоначально заставила противника отойти назад, но затем, встретив с его стороны сильное сопротивление и после ряда упорных боев, остановилась на реке Шахе - в самом тесном соприкосновении с противником. Все три японские армии перед нами, на укрепленных позициях. Главнокомандующий надеется атаковать противника и двинуться вперед, будучи уверен, что геройские войска Артура продержатся"3.

3Русско-японская война, т. VIII, Оборона Квантуна и Порт-Артура, ч. II, стр. 520-521

Осадная армия японцев между тем продолжала усиливаться. 16 ноября прибыла из Японии вновь сформированная 7-я пехотная дивизия. Была усилена тяжелая осадная артиллерия, парк 11-дюймовых гаубиц пополнился несколькими новыми батареями; большое количество орудий среднего калибра японцы подтянули на более близкие дистанции к крепости для стрельбы прямой наводкой. В середине ноября генерал Ноги получил от маршала Ойямы три роты саперов. Стрельба по городу и позициям русских велась круглосуточно. Крепостная артиллерия отвечала редко, стал сильно сказываться недостаток снарядов для 6-дюймовой артиллерии. Был отдан приказ собирать неразорвавшиеся 11-дюймовые снаряды противника, к ним в мастерских приделывали новые ведущие пояски и затем снаряды выстреливались по японским артиллерийским позициям. В этот период широко применялась "стрельба" по японским саперам минами1.

1Для разрушения подкопов были использованы обыкновенные морские мины заграждения, которые заряжались 6 пудами пироксилина и начинялись шрапнелями весом примерно до 4 пудов. Общий вес мин достигал 16 пудов. Для того чтобы скатить такую мину в расположение неприятеля, были сделаны из досок специальные катки длиною до 20 метров. Каток, на конце которого укладывалась мина, обычно ночью выдвигался изо рва форта на гласис, мина поддерживалась канатом, продетым в рым. После этого в нее вставлялся запальный стакан, запал, горловина завертывалась и зажигался бикфордов шнур, который находился внутри мины, и только небольшой конец его выпускался наружу через специально вырезанное в корпусе мины отверстие; затем канат, удерживавший мину, отдавался, и она катилась в сторону противника, где и взрывалась, разрушая все, что находилось поблизости; сотни шрапнелей, разлетаясь, поражали людей

В середине ноября Стессель решил прекратить оборонительные работы на второй и третьей линиях. Официально это было мотивировано необходимостью производства усиленных работ на первой линии и работами по приспособлению помещений для жилья, так как наступала зима, а также ввиду необходимости предоставить отдых нижним чинам.

Фок разоружал защитников морально. Стессель в данном случае лишал крепость второй и третьей линий обороны. Оба решали одну задачу - ослабляли обороноспособность крепости.

Между тем 2-я Тихоокеанская эскадра, шедшая из Балтийского моря на театр войны, не давала покоя вице-адмиралу Того. Он не мог надеяться на успех при столкновении с соединенными русскими эскадрами, имея основной силой "Соединенного флота" всего три броненосца, и в связи с этим настойчиво требовал взять Порт-Артур. Но генерал Ноги с новым штурмом не торопился, будучи убежден, что крепость можно взять, только уничтожив предварительно ее форты. Военное министерство в Токио и генеральный штаб манчжурских армий не соглашались с доводами генерала Ноги. Последовал приказ немедленно снова штурмовать крепость и уничтожить остатки Порт-Артурской эскадры.

Минные работы против фортов и укреплений были прекращены, началась подготовка войск и артиллерийских средств к очередному штурму, который был назначен на 26 ноября.

Японские войска к этому времени овладели напольными рвами фортов №II и III, перекинули через рвы переходы и достигли эскарпов. Под бруствер форта №II были заложены взрывчатые вещества, и бруствер мог быть в любую минуту взорван.

Основными пунктами для атаки были намечены: батарея литера Б, Куропаткинский люнет, форт №II, форт №III и укрепление №3, т.е. те же, что и в предыдущем штурме. В бой вводились 1, 9 и 11-я дивизии, усиленные полком из 7-й дивизии, всего - до 50 тысяч человек. Штурму должна была предшествовать бомбардировка из всех орудий осадной артиллерии. Цели были распределены между артиллерийскими частями, из которых многие выдвинулись непосредственно на исходные позиции для поддержки атаки пехоты: почти вся полевая артиллерия была сосредоточена в районе деревни Шуйшин, с задачей вести огонь прямой наводкой по левому флангу атакованного участка крепости.

Крепость перед четвертым штурмом имела на передовых позициях и в общем резерве всего 17919 человек, причем на атакованном участке была 61 рота неполного состава, всего 5717 человек. Из них: во вторам отделе от окопов перед укреплением №2 и до окопов за Малым Орлиным гнездом включительно под командой подполковника Науменко находилась 21 рота - 2109 человек и в третьем отделе от Китайской стенки за фортом №II и до перевязочного пункта в районе Сигнального кряжа включительно под командой подполковника Гандурина имелось 40 рот - 3608 человек. В резерве отделов находилось девять рот, всего 722 человека, фактически это были полуроты. В общем резерве крепости были только моряки: морской десант и морской резерв, всего 1851 человек.

Ежедневные артиллерийские налеты, особенно на укрепления Восточного фронта в середине ноября, а также перегруппировка войск противника свидетельствовали о приближении очередного штурма и даже давали возможность предполагать, по каким пунктам неприятель будет наносить удары.

Артиллерийская подготовка началась около 8 часов утра 26 ноября. Обстрелу были подвергнуты все укрепления от Курганной батареи до батареи литера А. Особенно сильно обстреливались форты и укрепления на направлении главного удара. В 12 часов дня японцы произвели взрыв под бруствером форта №II. Это был сигнал для всеобщей атаки. Из траншей, из ям - отовсюду поднялись неприятельские солдаты, и по всему Восточному фронту закипел кровопролитный бой. Русские не были застигнуты врасплох, они ждали и были подготовлены к встрече противника.

В окопы на флангах батареи литера Б неприятельские солдаты ворвались с налету, но поражаемые перекрестным огнем из укрепления №2 и с Китайской стенки, а также огнем батареи, отступили. На смену им поднялась новая волна японских солдат. Начался рукопашный бой; дрались штыками, саперными лопатами и камнями. К неприятелю подходили новые и новые пополнения. Когда положение батареи казалось безнадежным, на помощь подошли моряки: взвод с "Пересвета", два взвода с "Полтавы" и полурота с "Амура". Моряки закидали японцев гранатами, а затем ударили в штыки, и вскоре батарея была очищена от противника. Успех был куплен дорогой ценой, погибло много русских солдат, матросов и офицеров. Во время контратаки был убит капитан 2 ранга Бахметьев, начальник боевого участка. Но японцы понесли неизмеримо большие потери. 22-я японская бригада, действовавшая против батареи литера Б, была обескровлена и прекратила активные действия. Уцелевшие солдаты укрылись в ямах против батареи. Вечером японцы еще раз атаковали, но были снова отброшены на исходные позиции.

В направлении Куропаткинского люнета атака была легко отбита, несмотря на то, что японцы находились от него всего в 40-50 метрах.

Против форта №II противник в течение дня произвел пять атак. В начале штурма японские солдаты находились в занятом ими раньше капонире и в его казематах. Еще не улеглась густая пыль после взрыва под бруствером, как солдаты из капонира проникли в ров и немедленно начали взбираться на бруствер. Вскоре на его скате скопилось несколько рот, которые в шеренгах бросились на гребень бруствера. Первая шеренга огнем противоштурмовых орудий, стрелявших картечью, была целиком уничтожена. Такая же участь постигла всю группу противника, собравшуюся на бруствере. Несмотря на большие потери, японцы еще три раза пытались прорваться на форт через бруствер. Ров форта был переполнен убитыми и ранеными японскими солдатами. Пятая атака противника была осуществлена со стороны Куропаткинского люнета и окончилась гибелью всех атаковавших.

Схема четвертого штурма крепости (первый этап)

Одновременно происходили ожесточенные бои на форту №III. Предварительный артиллерийский огонь нанес ему сильные разрушения: все прикрытия были сметены; от траверсов, блиндажей и козырьков почти ничего не осталось. Форт штурмовали четыре колонны, охватывая его со всех сторон. Бой продолжался весь день. Время от времени вспыхивали яростные рукопашные схватки. После полудня ротами на форту командовали зауряд-прапорщики, а в напольном рву к этому времени от трех русских рот в строю оставалось всего 27 человек.

Японцы, наступавшие на флангах форта, понесли огромные потери и в 5 часов вечера выдохлись окончательно.

Бой на участке укрепления №3 был наиболее бесславным для неприятеля. После первой же атаки японцы понесли большие потери. Несколько повторных атак также провалилось.

Хотя было ясно, что штурм вновь потерпел полную неудачу, тем не менее генерал Ноги приказал атаковать Курганную батарею, надеясь в этом пункте прорваться в глубь обороны. Для этого еще до штурма был сформирован особый отряд, укомплектованный охотниками-добровольцами под командой генерал-майора Накамура. Еще вечером 25 ноября Накамура стянул свои силы (до 3 тысяч человек) в долину, около деревни Шуйшин, и ждал результатов генерального штурма и приказа Ноги, куда наносить удар.

Курганная батарея, находившаяся в тылу укрепления №3, имела на вооружении 16 разного калибра орудий и оборонялась четырьмя ротами пехоты и ротой моряков; это был сильный узел обороны.

Когда стало ясно, что штурм восточных укреплений не дал никаких результатов, огонь осадной артиллерии был перенесен на Курганную батарею; сотни снарядов в течение двух с половиной часов падали в ее расположение. Разрушения на батарее были огромные: все закрытия уничтожены, подбито много орудий, роты понесли потери.

В 6,30 часов вечера Накамура отдал приказ выступать. К Курганной батарее солдаты противника подошли в темноте незаметно и были случайно обнаружены на подступах прожектором с Кладбищенской батареи. Сразу же артиллерия крепости с Перепелиной горы, форта №IV, Зубчатой и других батарей открыла огонь. Однако, не обращая внимания на потери, японцы, не стреляя, шли прямо к цели. В последнюю минуту на Курганной пробили сигнал тревоги, и не успели еще люди занять свои боевые места, как японцы перебрались через бруствер и появились у орудий. Дежурный у одного орудия с криком "японцы!" упал, сраженный прикладом, но, падая, он успел дернуть за вытяжной шнур, и пушка, заряженная картечью, выстрелила; сразу же начали стрельбу в упор по японцам и другие уцелевшие орудия; в ход пошли гранаты и штыки, но число японцев не уменьшалось, а увеличивалось: они начали было уже теснить защитников, но в бой вступила находившаяся в резерве рота моряков, и неприятель был отброшен за бруствер. Накамура, перегруппировав свои потрепанные силы, снова бросил их в атаку. Он не заметил, что в критический момент боя на его фланге и в тылу со стороны укрепления №3 появились три десантные роты моряков с "Победы", "Пересвета" и "Баяна". Пятьсот матросов с хода ударили в штыки. Через несколько минут началось паническое бегство остатков отряда Накамура. Сам генерал был ранен и, пользуясь темнотой, едва удрал вместе с остатками отряда от преследовавших его матросов.

Ночным боем на Курганной закончился первый этап четвертого штурма крепости; на утро только перед батареей было обнаружено убитыми 37 офицеров и 743 солдата противника; из них 150 сгорели на электрической изгороди, которая была оборудована лейтенантом Кротковым, минным офицером броненосца "Пересвет". Это было обычное проволочное заграждение, через которое был пущен ток высокого напряжения.

За один день неприятель потерял до 4500 солдат. Большие потери были и у русских. Некоторые роты в этот день перестали существовать. В 3-й роте 25-го полка остались раненый командир, зауряд-прапорщик, унтер-офицер и один солдат. Моряки 26 ноября потеряли 417 человек убитыми и ранеными.

В августе - ноябре японцы провели четыре штурма, из которых ни один не дал сколько-нибудь положительных для них результатов. Противник не применил никаких новых форм и методов при осаде крепости и действовал по шаблону. Колоссальные материальные и людские потери ничему не научили генерала Ноги, командиров его дивизий и полков. Атаки в августе и в ноябре велись в основном одинаково: как правило, солдаты не менее полуроты наступали цепью или в колоннах, в результате чего несли громадные потери от огня обороны. Ширина атакованного фронта на направлении главного удара и в августе и в ноябре осталась приблизительно без изменения, составив около 6-8 километров; силы распылялись и перемалывались около основных узлов оборонительной линии. Японцы не пытались крупными силами прорваться в глубь обороны на узком участке, предоставив при этом расправляться с укреплениями войскам следующих своих эшелонов. Вместо этого японцы не продвигались дальше, пока их войска окончательно не овладевали какой-либо укрепленной горкой. Попытки противника ночью 24 августа и 26 ноября проникнуть в глубину обороны, из-за потери управления войсками и плохой организации, принесли большие потери и были безрезультатны. Дневных атак произведено не было, так как Ноги не рассчитывал на их успех.

Японский главнокомандующий действовал крайне нерешительно. Разведывательная служба у него находилась на низком уровне. До конца осады Ноги не знал, сколько войск находится в крепости. Его предположения были явно неверные, крепость имела войск вдвое больше, чем он считал.

Управление войсками в бою у противника было организовано неудовлетворительно. Пока роты находились на исходном положении или сближались с русскими, они управлялись командирами, с началом ближнего боя всякое управление нарушалось. Боевые задачи ротам ставились, как правило, только ближайшие.

Осадная артиллерия японцами использовалась также неумело. Огонь всей артиллерии предвещал обычно штурм, пункты обстрела - пункты атаки. Обороняющиеся это прекрасно учли и соответственно реагировали.

Множество целей, даваемых осадной артиллерии для обработки, находившихся в пересеченной местности да к тому же еще и защищенных, затрудняло достижение эффективных результатов, и хотя защитники крепости несли большие потери, но оборона оставалась всегда в состоянии готовности встретить живую силу противника.

⇦ Ctrl предыдущая страница / следующая страница Ctrl ⇨

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ 

cartalana.orgⒸ 2008-2021 контакт: koshka@cartalana.org