МИТРОФАНОВ В.П., МИТРОФАНОВ П.С. "ШКОЛЫ ПОД ПАРУСАМИ", 1989

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ

НАЧАЛО

"Дедушка" русского флота - ботик Петра Великого

Первой морской школой в России по праву считается Переславская флотилия, созданная Петром I в Переславле-Залесском. Летом 1689 г. на воду Переславского (Плещеева) озера были спущены два небольших фрегата и две яхты, началось строительство "Потешного" флота. Летом 1692 г. было готово уже несколько десятков кораблей, прошли маневры Переславской флотилии и Бутырского полка. Это не означает, конечно, что история отечественного флота ведет свое начало с этой даты.

Англичанин Фред Т. Джейн в своей книге "Императорский русский флот. Его прошлое, настоящее и будущее" (Лондон, 1904) пишет "Русский флот может претендовать на более древнее происхождение, чем британский флот. За сто лет до того, как Альфред Великий построил первые английские военные корабли, русские уже бились в отчаянных морских битвах, и тысячу лет тому назад лучшими моряками своего времени считались русские".

Действительно, еще в VII в восточные славяне на своих судах ходили в Черное и Средиземное моря. Косвенным свидетельством этого служит тот факт, что на итальянских картах вплоть до XV-XVI вв. Черное море называлось Русским. Другим свидетельством прочных морских навыков славян может стать приглашение праславянина Доброгаста командовать Византийской черноморской эскадрой.

В IX в корабли славян совершали походы с товарами по Хвалынскому (Каспийскому) морю. В XI в русским был знаком торговый путь из этого моря по Волге до Варяжского (Балтийского) моря, а по морям и озерам Севера - до Белого и Студеного морей. Древний водный путь "из варяг в греки" проходил через Новгород и Киев. Исторические хроники говорят, что торговые суда новгородцев можно было встретить на морских путях Балтики не реже, чем голландские, шведские, немецкие. Русские колонии существовали в городах Висби и Гарда (Готланд), в Сигтуне (Швеция), в Линданиссе (Колывань, будущий Ревель, затем Таллинн). К концу XI в. новгородцы уже ходили по Северной Двине и Оби, давших выход к "Дышючему", или Студеному, морю - к Северному Ледовитому океану. В XII в. поморы вели промысел в Студеном море, а с XV в. ходили на Грумант (Шпицберген) и Новую Землю.

Шхиманы (гол. - корабельщик., капитан) из "потешных", первые "птенцы гнезда Петрова"

Казалось, нет преграды, способной сдержать русских в их стремлении к морю. Но наступил XIII в. Орды монголо-татар хлынули в Причерноморье, к Волге, и южные славянские княжества оказались отрезанными от моря. На севере европейской части России свободными оставались Новгород и Псков.

Воспользовавшись тем, что силы русских были отвлечены на борьбу с монголо-татарским нашествием, во владения свободных городов Новгорода и Пскова в 1240 г. вторглись шведские и немецкие крестоносцы. Остановил неприятеля в устье Невы новгородский князь Александр Ярославич с дружиной. Северный участок пути из "варяг в греки" по-прежнему оставался под контролем новгородцев.

Много памятных дат в истории отечественного флота: 1349 г. - освобождение новгородско-псковскими войсками крепости Орешек. XV-XVI вв. - борьба за выход в Черное море. 1545 г. - поход украинских казаков на своих чайках к крепости Очаков и захват ее. В дальнейшем запорожские и донские казаки отвоевали у татар и турок земли, некогда освоенные славянами.

Обычно в подобных походах для оборонительных целей использовались различные парусно-гребные суда, на которых русские люди вели морской промысел и торговлю с заморскими странами.

С созданием Московского государства в развитии производительных сил страны начали ощущаться сдвиги, особенно заметные после присоединения Украины и Сибири к России. Укрепились экономические связи между отдельными княжествами и вотчинами. Особенно крупных размеров достигла торговля с европейскими странами, прежде всего с Голландией и Англией.

Первая попытка создать флот была предпринята для охраны русского судоходства на Балтийском море при Иване IV (Грозном). В 1570 г. была сформирована флотилия из шести кораблей, которая, правда, просуществовала недолго, но успела захватить два десятка польских и шведских каперских судов.

Результатом осмысления причин неудачи России в Ливонской войне (1558-1583) за выходы к Балтийскому морю было решение строить суда в Вологде, Нарве, на Западной Двине и Волге. В том же XVI в. появляются судостроительные верфи в Казани, Нижнем Новгороде и Астрахани.

С расширением внутреннего и внешнего рынков назрела необходимость развития отечественного судостроения и мореплавания, подготовки морских специалистов и корабельных мастеров Еще царь Алексей Михайлович (1629-1676) приглашал мастеров корабельных дел из Голландии, которые были признаны всеми европейскими странами лучшими. Интересно, что он же начал собирать коллекцию "кораблей малых" или, как мы сейчас говорим, моделей судов.

Для обучения морскому делу, искусству вождения кораблей отправляли в Европу стольников, прислуживавших и при дворе московского государя и при дворах бояр. До той поры их посылали по судным делам, назначали в приказы, они прислуживали при трапезах, разливали напитки в чаши (отсюда и произошло название "стольники"). Теперь их могли послать и в заморские школы.

В 1667 г. в селе Дединово на Оке по инициативе боярина и воеводы А. Л. Ордин-Нащокина и с соизволения царя Алексея Михайловича, отца Петра I, был заложен первый морской военный корабль "Орел". Решено было создать военную флотилию для охраны судоходства на Каспийском море. Этот корабль был переведен по Волге в Астрахань. Косвенные свидетельства позволяют считать, что "Орел" все же успел совершить несколько боевых походов до параллели Дербента, прежде чем был уничтожен примерно в 1670 г. в порту Астрахань. О постройке этого судна в книге "Устав морской." Петр I писал: "От начинания того, аки от доброго семени, произошло нынешнее дело морское".

Застучали топоры на Севере. В Архангельске, на Соломбальском острове, в 1693 г. были заложены первые торговые морские суда. Сюда были переведены русские мастера из Переславля-Залесского.

В 1695 г. корабли строились в Воронеже, Брянске, Преображенском. Их экипажи комплектовались из солдат Преображенского и Семеновского полков. Готовился второй Азовский поход для продолжения борьбы России за выход в Азовское и Черное моря.

Взятие Азова 18 июля 1696 г. укрепило положение России на Азовском море, что убедило Петра I в мысли о необходимости создания флота. 20 октября того же года по настоянию Петра I Боярская дума издала указ, который гласил "морским судам быть". Этот день - дата рождения регулярного Российского флота. Был организован Военный приказ-разряд во главе с воеводой Т. Н. Стрешневым На деньги, собранные "кумпанствами", решено было построить более 50 кораблей. России нужны были моряки, нужна была морская школа.

РОССИИ НУЖНЫ МОРЯКИ

Идея создания навигационной школы в России была высказана Петром I еще в 1697 г. Поставив перед собой цель овладеть наукой кораблестроения, молодой царь предпринял полуторагодовую поездку в Голландию. В течение шести с половиной месяцев он под именем Петра Михайлова работал плотником на верфи Ост-Индской компании в Саардаме. Туда же он направил сто молодых людей, которым предстояло познакомиться с морским делом. Затем Петр I переехал в Англию, где на королевской верфи в Детфорде под руководством А. Дина составлял чертежи кораблей и совершенствовался в теории кораблестроения. Мысль о создании отечественной морской школы не покидала его, и в следующем, 1698-м, году он пригласил на русскую службу трех англичан - профессора Абердинского университета Генри Фарварсона. в России именовавшего себя Андреем Даниловичем Фарварсоном, Стефена Гвына (Степана Гвына) и Ричарда Гриса (Рыцаря Грейса).

До этого на корабли, идущие с товаром за границу, посылали трех-четырех русских для знакомства с корабельной оснасткой и командными словами. Иногда русские суда отдавали на откуп иностранным шкиперам, которые должны были обучать по ходу дела русский экипаж. В результате появлялись русские шкиперы, которым доверяли суда.

Для работы в будущей школе был приглашен выделявшийся талантом, знаниями и добрыми человеческими качествами Леонтий Филиппович Магницкий, выпускник московской Славяно-греко-латинской академии, один из образованнейших людей того времени. Изучив, по существу, самостоятельно математику, он составил учебник "Арифметика, сиречь наука численная и т.д." (1703), в котором изложил основы арифметики, элементарной алгебры, практической геометрии, собрал данные о вычислении тригонометрических таблиц, а также начальные сведения из астрономии, геодезии и навигации. Петр I питал симпатию к Л. Ф. Магницкому, который,"как магнит", притягивал к себе учеников.

Указ об учреждении школы "Математических и навигацких, то есть мореходных хитростно искусств учения" был подписан 14 января 1701 г. Этот день и считается днем рождения Навигацкой школы, которая должна была готовить кадры прежде всего для флота, без чего невозможен был возврат утраченных Россией земель и морей.

Петр Михайлов работает на верфи в Амстердаме. Художник Д. А. Шмаринов

В труде "Тайная дипломатия XVIII века" К. Маркс писал: "Ни одна великая нация никогда не существовала и не могла существовать в таком отдаленном от моря положении, в каком первоначально находилось государство Петра Великого; никогда ни одна нация не мирилась с тем, чтобы ее морские побережья в устьях рек были от нее оторваны, Россия не могла оставлять устья Невы, этого естественного выхода для продукции Северной России, в руках шведов. Петр I завладел всем тем, что было абсолютно необходимо для нормального развития его страны".

Организационно и административно школа подчинялась Оружейной палате, во главе которой был боярин Федор Алексеевич Головин "со товарищи". Разместить школу первоначально предполагалось в Замоскворечье, на Полотняном дворе. Помещение, однако, оказалось совершенно не приспособленным для размещения школы, в том числе ее жилых и хозяйственных служб. Замоскворечье в те времена считалось окраиной столицы.

Обучение русских стольников в Венеции мореходным наукам у М. Мартиновича, 1698 г.

Окончательный выбор пал на Сухареву (Сретенскую) башню со всеми пристройками и землями при ней Появление здания, в котором ученикам первой морской школы предстояло осваивать азы математики и мореходства, связано с существовавшим некогда земляным валом, в котором городские ворота венчали сторожевые башни и укрепления. Сретенские ворота защищали вход в Москву со стороны 1-й Мещанской улицы (ныне пр. Мира). При них была размещена застава - Сретенская караульная служба со съезжей и мытной избами, где находились управление воеводы заставы, его покои, палаты для разбора административных и судных дел, место, где взимались пошлины с проезжих возов и клади В 1698 г., когда начался стрелецкий бунт, в Сретенской слободе размещался полк под командованием Л. П. Сухарева, который отказался высыпать против Петра I. С того времени и стали называть каменную башню, построенную в 1692-1695 гг. на месте Сретенских ворот, его именем - Сухаревой.

Четырехъярусное строение с шатром отвечало требованиям хозяев школы. Оно размещалось на "пристойном" и высоком месте. Последнее, а также наличие башни, "где можно свободно горизонт видеть", позволяло обитателям дома делать обсервации, наблюдать за небесной сферой по всему горизонту. Высокие потолки и светлые помещения, в которых, правда, было холодно от ветров, давали отличную возможность для работы с картами, чертежами.

Здание Сухаревой (Сретенской) башни. Из коллекции Архитектурного института им. А. В. Щусева

Галереи второго яруса, опоясывающие здание, как бы напоминали шканцы - самое почетное место на паруснике Восточная оконечность дома могла "быть увиденной" как нос корабля, западная часть - как его корма. Третий ярус вмещал в себя классные комнаты и "рапирный зал", предназначенный для проведения уроков фехтования, гимнастических упражнений. Есть упоминания о том, что с западной ("кормовой") части здания был пристроен амфитеатр хранилище "машкера оного кораблика", т.е. модели парусного корабля, использовавшейся "для потех".

В особо торжественные дни, например в день заключения мира со Швецией в 1721 г., этот кораблик, украшенный парусами, расцвеченный днем флагами, а ночью фонарями, возили по улицам Москвы, дабы напомнить обывателю о роли флота в судьбе России.

Приметное строение было на виду у горожан, в том числе и тех, кто осуждал новые порядки. Неприязнь и недоверие к новому переносили на "башню". Непривычного вида строение почитали жилищем нечистой силы, чернокнижников. Таблицы логарифмов обыватель легко принимал за знаки, творимые "немецкими", т.е. не говорящими по-русски, колдунами, "смотрение в небо через диковинные трубы", как и дым из химической лаборатории, - за колдовство. Подобные выдумки, до которых охоч неграмотный обыватель, были на руку боярам, противникам петровских реформ.

В учение были определены не только родовитые недоросли, но и те, кто проявлял стремление к знаниям и любовь к отчизне. Обращают на себя внимание слова указа об учреждении школы: "Избрать добровольно хотящих, иных же паче и со принуждением".

Дело в том, что единственная в своем роде Навигацкая школа испытывала серьезные затруднения с набором учеников. Привлечение недорослей в школу состоятельные родители рассматривали как призыв на цареву службу. До Петра I единственно допустимой считалась освященная временем процедура, согласно которой молодые люди из знатных привычно, по заблаговременному оповещению прибывали в назначенное место и время (обычно по весне), каждый на своем коне, в доспехах и с оружием, вместе с дворовыми людьми и запасом провизии на все время сборов. Как правило, особых тягот такой воин не ощущал, службой себя не обременял и уже ранней осенью отбывал к чадолюбивым родителям, выслушав напоследок благодарность за службу царю. С начала XVII в. молодого дворянина призывали на пожизненную службу в регулярную армию, избавлением от которой могла стать только тяжелая болезнь или смерть. Выйти в отставку он мог лишь по достижении глубокой старости.

По принятому уставу Навигацкая школа должна была комплектоваться за счет "детей дворянских, дьячих, подьячих, из домов боярских и других чинов" в возрасте от 12 до 17 лет, однако из-за сопротивления бояр и страха перед непривычным набрать 500 учеников не удалось, и тогда верхнюю границу возрастного ценза подняли до 20 лет. Но и на сей раз задача оказалась невыполненной. Вот поэтому-то в школу и начали принимать "все сословия", кроме крепостных крестьян.

Обучение в Навигацкой школе предусматривало прохождение трех ступеней: "российской школы", "цифирной школы", "специальных классов". Не ведающие грамоты новобранцы шли в школу первой ступени для того, чтобы освоить чтение, письмо и основы грамматики. На второй ступени ученики изучали арифметику, геометрию и тригонометрию. Для учеников из низших сословий на этом учеба заканчивалась, и их назначали на разные должности в Адмиралтейство, писарями в приказы, аптекарями, а также на другие должности в иные департаменты. России, небогатой специальными учебными заведениями, но начинающей новую жизнь, нужны были знающие люди, потому школа, прозываемая Навигацкой, поставляла не только мореходов. Дети "шляхетские", успешно выдержавшие промежуточный экзамен, продолжали учебу, приобретали знания по географии, астрономии, геодезии и навигации. (Шляхта - дворянское сословие, введенное реформой Петра І взамен сословий боярской Руси: родовые дворяне, бояре, обычные люди, родовые с отчеством).

В школе предусматривалось последовательное прохождение дисциплин: только изучив одну, класс приступал к освоению следующей. Так было удобно преподавателю; эмоции учеников, удрученных однообразием учебного бытия, в расчет не принимались. На большинстве уроков предпочтение отдавалось зубрежке определений и бездоказательных правил. Ученику не следовало вдаваться в рассуждения, ответ его должен был звучать, "как писано в книге". На вопрос учителя: "Что есть арифметика?" - полагалось отвечать: "Арифметика, или числительница, есть художество честное, независтное и всем удобопонятное, многополезнейшее и многохвальнейшее, от древнейших же и новейших, в разные времена являвшихся изряднейших арифметиков изобретенное". Более "продвинутых" в знаниях учеников преподаватель спрашивал: "Что есть навигация плоская?" и "В каких местах, обретающихся на земле, употребляется она?" Ответ должен был содержать ровно 80 слов: "Ничто же ино именуется навигация плоская, но токмо кораблеплавание прямолинейное на плоской суперфиции моря и употребляется оное от всех нынешних навклеров в бытность их близ экватора, зело преизрядно и правдиво. Навигация круглая есть мореплавание всех короче, однако дело трудно, на силу можно кораблем плавать".

Обучение в морской, пока еще только по названию, школе давалось первопроходцам с трудом. За ходом занятий следил не только преподаватель, но и присутствующий в классной комнате "дядька" с хлыстом, который за шалости на уроке, разговоры или "чинение неудобства соседу по скамье" без предупреждения и жалости воздавал должное, не разбирая чинов и званий родителей провинившихся. Здесь необходимо, однако, заметить, что демократизм в обращении с учениками на этом и заканчивался. Ученики разных сословий, собранные в одном классе, по существу не были равноправными. Не только назначение выпускника зависело от сословия, но даже место на скамейке в классе, за обеденным столом. За любое нарушение наказывали розгами, обычно по субботам после бани. "Благородные" могли откупиться от порки, выставить замену или, на худой конец, принять наказание одетыми. Учащихся "худого рода" драли "снем штаны".

Учеников ожидали штрафы за прогул, за повторный, за третий и т.д. О масштабе наказаний говорит такой пример: в 1707 г. только за пять месяцев школа собрала "штрафных денег" 8545 рублей наличными, а за год, вероятно, около 17 тыс. рублей, т.е. 75% суммы содержания Навигацкой школы (за 1706 г. смета составляла 22459 рублей). Как видно, система обеспечения посещаемости занятий была выгодной для государства. С задолжниками обходились круто. В ответ на просьбы о сокращении по уважительным причинам штрафов Ф. М. Апраксин, сподвижник Петра I, отвечал отрицательно и рекомендовал "бить на правеже, покамест те штрафы не заплатят сполна".

Оставляла желать лучшего деятельность иностранных учителей, призванных на русскую службу. Некоторых можно было упрекнуть в равнодушном отношении к заботам русских учеников, в элементарной распущенности и лени (этим грешили помощники А. Фарварсона), отсутствии инициативы. Слепая вера начальствовавших чиновников в западные авторитеты неизменно служила им надежной опорой.

Но в целом роль Навигацкой школы в обучении положительна. Именно она (не умаляя роли Славяно-греко-латинской академии) дала государству собственных инженеров, строителей, архитекторов, артиллеристов, геодезистов, государственных деятелей. Школа подготовила первых русских морских офицеров. Позорная для любой страны необходимость нанимать иностранцев для защиты чужого отечества отпала. Уже первые выпускники школы прославили Россию своими достижениями в науке и ратных делах. Первые геодезисты, гидрографы и топографы, вышедшие из стен Навигацкой школы, приняли участие в изучении отдаленных районов государства, составлении карт, первого атласа России. Ручейки знаний, полученных, иногда и выстраданных, в этой школе, дали начало рекам знаний, растекавшимся по стране, - ученики часто становились учителями.

Без значительных изменений школа просуществовала до 1715 г., затем по решению Петра I она была переведена в Санкт-Петербург, тремя годами раньше объявленный новой столицей России. В Сухаревой башне были оставлены "русская" и "цифирная" школы.

Кикины палаты в Санкт-Петербурге, где первоначально размещалась Морская академия после переезда из Москвы в 1715 г. С литографии Прохорова

Руководителем учебного заведения в Москве, которое просуществовало до 1752 г., остался Л. Ф. Магницкий.

Часть школы, перенесенная в Петербург и получившая название Морской академии (Академии морской гвардии), разместилась в палатах А. В. Кикина, большого знатока мачт-макерского - мачтового - дела. В этом очень тесном здании, располагавшемся на месте одного из зданий Зимнего дворца, академия пребывала недолго. В 1723 г., через восемь лет после переезда школы в Петербург, академия была переведена на Васильевский остров.

Сама Сухарева башня с 1828 по 1893 г. служила в качестве водонапорной, в ней были оборудованы резервуары Мытищинского водопровода. В 80-х гг. XVIII в. около ворот разросся торг, в XIX-XX вв. на этом рынке появились старые вещи. Закрыли его уже в наше время, в 1920 г., а позже снесли и башню.

⇦ Ctrl предыдущая страница / следующая страница Ctrl ⇨

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ 

cartalana.orgⒸ 2008-2020 контакт: koshka@cartalana.org