ЭНТОНИ РОДС "ПРОПАГАНДА (плакаты, карикатуры, кинофильмы Второй Мировой войны)", 2008

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ

Нацисты широко пользовалась радиопередачами на Америку на коротких волнах. Здесь были необходимы совсем другие приемы, чем хвастливые методы и язык, применявшиеся против Австрии. Целью было произвести впечатление на северо- и южноамериканцев о доброй дружеской расположенности нацистской Германии, и дикторы исхитрялись придумывать дружелюбную атмосферу для слушателей. Они зачастую обращались непосредственно к какому-то городку или местной школе и слали приветствия отдельным слушателям. Такой задушевности способствовало чтение писем радиослушателей и ответы на их вопросы о новой Германии. Позже нацисты для удобства вещания на заграницу разделили весь мир на шесть "культурных регионов": Северная Америка, Южная Америка, Африка, Восточная Азия, Южная Азия и Австралия. Вещание на заграницу увеличилось с 14 часов в неделю в 1933 году до 58 часов в 1939 году. Каждый день 130 немецких радиостанций передавали на заграницу 180 программ новостей на 53 языках.

Радио, которое нацистские руководители раньше считали надежным провозвестником национал-социализма, вскоре стало рассматриваться как главное пропагандистское средство. Ни Италия, ни Советский Союз, ни другие тоталитарные режимы не использовали радио в таких масштабах для вещания на свой не очень-то грамотный народ.

То, что партия знала, что своим успехом она обязана устному, а не печатному слову, было четко подытожено в директиве Геббельса германским газетам с указанием, как нужно писать: "Читатель должен чувствовать, что вы в действительности являетесь теми, кто стоит рядом с ним". Поэтому на страницах нацистских газет создавалась атмосфера массовых митингов, пота, человеческой кожи и жажды крови, а партийная газета "Фёлькишер Беобахтер" превратилась фактически в прославленный плакат, выдающий себя за газету.

Сначала ее владельцем был закадычный друг Гитлера еще со времен войны, бывший унтер-офицер Макс Аманн, а редактором являлся пьяница и наркоман, нацистский поэт Дитрих Эккарт. В те дни у газеты было всего 127 000 читателей, но после 1933 года ее тираж ежегодно увеличивался на 100000 экземпляров, пока в 1942 году она не стала первой немецкой газетой, тираж которой превысил миллион экземпляров. То, что она стала обязательной для чтения членами партии, отчасти объясняло этот феноменальный рост. Кроме того, государственные чиновники, школьные учителя и им подобные не могли получить продвижения по службе, если они не знали, о чем пишет эта газета. У одного университетского профессора случились серьезные неприятности из-за того, что он поставил низкую оценку за эссе одному студенту, который взял его целиком из газеты "Фёлькишер Беобахтер". Однажды Гитлер заявил, что "Фёлькишер Беобахтер" была не чем иным, как юмористическим листком. И наоборот - он называл газету "Ди Бреннессель" ("Крапива"), которая была юмористическим журналом партии, издававшимся в Мюнхене, "самым скучным изданием, какое только можно представить". Этот журнал публиковал карикатуры художника Зепплы (Йозефа Планка), которые были едкими нападками на англичан, русских и американцев.

Для контроля прессы геббельсовским министерством ежедневно издавались языковые указания редакторам по всей стране. После прочтения им предписывалось уничтожать их и подписывать об этом документ. К 1939 году эти директивы стали настолько детализированными, что газеты фактически издавались для редакторов, которые к тому времени не могли выказать никакого инакомыслия. В моменты откровений Геббельс 14 апреля 1943 года в своем журнале признавал: "Любой человек с малейшей искоркой чести, оставшейся в нем, предпримет все, чтобы в будущем не стать журналистом".

Зеппла (Йозеф Планк) в своей карикатуре для газеты "Ди Бреннссель" высмеивает Черчилля. Во время успешной фазы военных действий Геббельс сделал Черчилля своим личным врагом и объектом презрения и издевательств

Издание "Sprachregelungen" обычно затрагивало почти все аспекты жизни в Германии. Вот, например, на выбор, о Томасе Манне не следовало писать, потому что его имя было вычеркнуто из национального самосознания. То же самое относилось и к Чарли Чаплину. А с другой стороны, к Грете Гарбо и герцогу Виндзорскому, которые вызывали определенные положительные чувства, надо было относиться с симпатией. Запрещено было публиковать фотографии министров Третьего рейха и высоких партийных руководителей, посещающих пышные банкеты. Нельзя было также публиковать сообщения о случаях отравлений скота из-за чрезмерного подмешивания калия в корм или об автомобильной аварии, в которой пострадали Риббентроп и его дочь, или показывать фрау Гесс, посещающую собачью выставку в Берлине.

Качественно и количественно национальная пресса переживала упадок. Когда нацисты пришли к власти, в стране насчитывалось 4500 газет, отражавших целый ряд политических убеждений. К 1939 году число издававшихся газет упало до 1000, все они отражали мнение партии.

"Дер Ангриф" ("Атака") была еженедельной газетой, созданной Геббельсом в 1927 году в его бытность гауляйтером Берлина. Геббельс использовал эту газету для нападок на своих врагов в правительстве Веймарской республики. После 1930 года эта газета стала ежедневным рупором геббельсовской пропаганды

Меньше можно говорить о литературе и театре как о формах пропаганды в Германии. Литература предназначена главным образом для интеллектуалов и малопривлекательна для масс. Слова нацистского писателя Шунцеля: "В этой стране мы не читаем книг. Мы заняты плаванием, спортивной борьбой и поднятием тяжестей". Театр также имеет весьма небольшую аудиторию. Эти формы искусства занимали в нацистской пропаганде небольшое место. Когда нацисты пришли к власти, большинство писателей и драматургов, имевших заслуги в литературе, покинули страну или были объявлены вне закона, например Томас Манн, Ремарк, Цвейг, Рейнгард, Толлер, Брехт, Франц Верфель. Место этих "дегенератов и нежелательных с точки зрения расы" людей было занято писателями, которые создавали книги и пьесы по нацистским предписаниям. Большая часть того, что здесь говорилось о кинематографе, относилось и к ним. Пьесы следовало представлять на проверку в Имперскую палату театра, чьей задачей являлось в соответствии с Законом о театре от 1934 года следить за такого вида произведениями с точки зрения соответствия их духовного содержания национал-социализму". Даже немецким классикам, пьесам Гёте и Шиллера, был придан националистический характер, а их общечеловеческая или гуманистическая ценность была ослаблена. Иностранные писатели, например Бернард Шоу, были одобрены, но не за их литературные заслуги, а за то, что они пригвождали к позорному столбу пороки английского общества, лицемерие и плутократию. Президент Имперской палаты театра Ганс Йост однажды публично хвастался, что всегда, когда при нем упоминают слово "культура", у него возникает желание схватиться за револьвер.

В течение 12 лет нацистского правления в стране не появилось ни одного значительного драматурга. Это время было периодом расцвета писателей третьего и четвертого сорта. Главными темами в книгах и пьесах были исторические, а любимыми сюжетами - средневековая Германия и расцвет Пруссии. Популярной темой являлась жизнь на фронте, а также романы Бомельберга.

Редактировавшаяся Юлиусом Штрайхером газета "Дер Штюрмер" впервые появилась в Нюрнберге в 1923 году, вскоре после мюнхенского путча. Газета была самой злобной антисемитской из всех нацистских газет

Сменяли друг друга сцены описания грубой окопной жизни и ложнопатетической дружбы в тевтонском сентиментальном стиле. Среди других популярных тем был и так называемый региональный роман. Типичным произведением этого жанра был роман "Доктор ищет свой путь", в котором беспокойный студент последнего курса бросает медицинскую школу и возвращается к домашнему очагу, к своему деду-пастуху, чьей жизни он пытается подражать. В результате он становится знатоком трав, способствующих чудесному исцелению.

Другим любимым литературным жанром были биографические произведения по типу биографии фюрера. Такие произведения не являлись подлинным жизнеописанием Гитлера, но жизнь исторических персонажей в них была похожа на его биографию. Так, биографии поэта Шиллера, алхимика Парацельса и изобретателя Дизеля демонстрировали триумф природного таланта над формальным образованием, триумф интуиции над интеллектом.

Актер Эмиль Янингс играл бурского героя в антианглийском фильме Ганса Штайнхоффа "Крюгер", снятом в 1941 году. Англичане в этом фильме изображены как жадные экспансионисты, стремящиеся к овладению золотыми приисками провинции Трансвааль. Они обманывают Крюгера, когда он посетил Англию и был представлен королеве, которая изображена старой хитрой каргой, не способной жить без виски. С другой стороны, сам Крюгер обладает таинственной силой великого национального руководителя

Все творческие работники должны были принадлежать к соответствующему департаменту Имперской палаты культуры, которая была создана в рейхе в 1933 году. Эта палата могла исключать из своих рядов или отказать в регистрации из-за "политической ненадежности", что на практике означало, что тем работникам искусства, для которых национал-социализм был безразличен, могло быть запрещено заниматься их видом искусства. 10 мая 1933 года в Берлине на площади Франца Иосифа произошло пресловутое "сожжение книг". Работы декаденствующих писателей - Фрейда, Маркса, Цвейга и других - швырнули в церемониальный костер, и Геббельс при этом произнес речь, передававшуюся всеми радиостанциями Германии. В этой речи он назвал упомянутых авторов "злым духом прошлого" и объяснил, что "времена интеллектуализма" закончились.

И в заключение - какие уроки можно извлечь из применения пропаганды нацистами в период 1933-1939 годов? Наиболее важным, если и не самым бросающимся в глаза, является их озабоченность влиянием на молодежь. Если всего после шестилетнего пребывания у власти Геббельс смог убедить массы взрослого населения поверить в фюрера, что и произошло, то какой эффект его пропаганда могла бы иметь на следующее поколение - молодежь Германии? Если бы Германия победила во Второй мировой войне, эта молодежь могла бы прожить свою жизнь пол знаком системы, которую Геббельс создал и выпестовал. К счастью, другие страны, которые отставали и в военном отношении, и в ведении пропаганды, быстро все поняли, как только Гитлер начал войну с ними. Только потому, что их пропаганда, направленная и на свои народ, и на немцев, была основана на правде, она постепенно по мере развертывания войны стала пользоваться большим доверием, стала более эффективной и в конечном счете более успешной, чем пропаганда Геббельса. Не меньшей заслугой Геббельса было то, что в 1939 году он смог манипулировать общественным мнением в Германии. В один из дней августа того года немцы, исполненные сознания долга, признали, что Советская Россия являлась врагом человечества. А на следующий день, 24 августа 1939 года, они узнали, что она является их другом и союзником. Геббельс поддерживал такую дружбу, пока Советы заглатывали большие куски в Восточной Европе - половину Польши, прибалтийские государства, Бессарабию и Буковину. Они делали это, поскольку шли навстречу стратегическим запросам Гитлера.

Фильм Эриха Вашрука "Ротшильды" был одним из наиболее злобных антисемитских фильмов, вышедших в 1940 году. Он шумно провалился, не дав никакой коммерческой выгоды

Когда это все в июне 1941 года изменилось после нацистского вторжения в Советский Союз, Геббельс дал задний ход, большевизм снова превратился в страшилище в Европе. Вся антисоветская литература, которая в августе 1939 года исчезла из немецких книжных магазинов, снова появилась на полках. Такое манипулирование было, конечно, относительно легким делом при диктатуре. Даже Сталин - сам неплохой пропагандист, - когда нацисты зашли слишком далеко, включив в текст пакта о ненападении, заключенного в 1939 году, фразу о "русско-германской дружбе", припомнил, что на протяжении 15 лет они вылили на него "ведра навоза".

В 1939 году немецкий народ не хотел войны, но с 1933 года его так приучали к мысли о ней и о его военном и расовом превосходстве, что он принял ее без всяких возражений. Когда война была объявлена, Геббельс мог с гордостью похвастаться, что теперь ситуация в корне отличалась от 1914 года. В те времена германское руководство и не представляло как воздействовать на общественное мнение. Но теперь, 1 сентября 1939 года, Германия знает, "как общаться с оружием правды с неограниченной уверенностью". Так писал Геббельс.

Пока не разразилась война, геббельсовское обращение с "оружием правды" в отношении Англии и Франции было в определенной стесни раздвоенным. В то время как "декаденствующие демократии" ни во что не ставились и высмеивались в таких юмористических изданиях, как "Симплициссимус" и "Крапива", Геббельс, следуя указаниям своего руководства, время от времени искал и их расположения. Он даже ссылался в своих изданиях на некоторые положительные черты создания Англией империи. На Олимпийских играх 1936 года он инструктировал свой департамент, что относиться к важным английским персонам, посещающим игры, следует с уважением. Но теперь все кончилось. Зимой 1939/40 года он через прессу, радио и кинофильмы информировал немецкое население, насколько вероломными и макиавеллистскими были страны "плутократии", где горстка коррумпированных деятелей, большинство из которых евреи, поощряла войну между народами потому, что это увеличивало их богатство, а также власть над бедным рабочим людом. Он говорил, что немцы ссорятся не с английскими массами, а только с английскими правителями. Свое министерство он инструктировал в таком духе: "Нашей целью должно быть разделение английского народа и его правителей". Для него было относительно простым делом сказать немцам, кто нес ответственность за войну.

Англия и Франция подогревали польскую непреклонность в своих целях, именно они объявили войну Германии, а не наоборот. У Германии не было иного выбора, кроме как оборонять себя. В апреле и мае 1940 года Геббельс даже смог убедить общественность в том, что оккупация Германией Дании, Норвегии, Голландии и Бельгии была со стороны Германии оборонительной мерой, предпринятой с целью не допустить вторжения в эти страны Англии и Франции, планы которых использовать эти страны в качестве заложников, к счастью, попали в руки Германии. Главной целью геббельсовской пропаганды в первые два года войны, когда Германия везде одерживала победы, было убедить людей, что Великий рейх, который создавал фюрер, принесет пользу всем немцам, и в конечном счете и всей Европе. Для этого у него имелось множество материалов. К осени 1941 года богатые зерном области Украины оказались в руках немцев.

Нацистские пропагандисты создавали расистские стереотипы такие как советские нацменьшинства, большевики евреи и американские негры. Геббельс квалифицировал американских солдат негров как символ культурного варварства. Эта тема часто эксплуатировалась на войне позже, когда союзная авиация бомбила немецкие города. На приведенной ниже карикатуре один солдат говорит другому: "Джимми, мы воюем за культуру", а другой солдат отвечает: "А что такое культура?"

Было очевидно, что немецкие фермеры и поселенцы могли получить два урожая там, где славяне могли получить только один. Россия и ее обширные степи могли накормить целый континент, если землю надлежащим образом обрабатывать и эксплуатировать. Министерство пропаганды было наводнено запросами от солдат о том, как заполучить землю в Крыму и на Кавказе и осесть там, когда окончится война. Потом была еще обожравшаяся Британская империя, тоже созревшая для того, чтобы ее пощипать. С германскими войсками поблизости от Суэцкого канала, с огромными принадлежащими Англии территориями в Африке, а также на таком субконтиненте как Индия она просто манила к себе.

В те первые дни начала войны документальные фильмы о кампании, сделанные в Польше, Норвегии, Нидерландах, Бельгии и Люксембурге, играли важную роль в экзальтировании германской морали. Операторы были приданы боевым частям и сопровождали их в боевых действиях. Эти пристрастные материалы были описаны в 1940 году нацистским журналистом Гансом-Иохимом Гизе, чьи комментарии относительно киножурналов оказались верными для всей документалистской кампании. "Киножурнал, выполняя предписания пропаганды, сам по себе не является правдой, поскольку это было бы бессмысленно, и даже не в пределах его возможностей, а скорее с надлежащей целесообразностью, он представляет собой просто ту сторону правды, которая ввиду необходимости должна распространяться в интересах германской нации". Хотя Геббельс выразился бы по этому поводу более кратко, это в целом подытоживает смысл нацистской пропаганды.

Документальный фильм о Польской кампании был показан одновременно в 55 кинотеатрах Берлина и во всей стране. Передвижные киноустановки донесли картину даже до отдаленных деревень, где не было кинотеатров. В этом и других фильмах ужасы войны всегда показывались как относившиеся к сопротивляющейся армии, а не к германским войскам. Такие фильмы считались настолько важными, что в 1940 году был принят закон, запрещавший покидать или входить в зал во время демонстрации документальных фильмов о войне.

В этот период военных побед задача Министерства пропаганды была относительной легкой. Победы - это лучший способ пропаганды, и военные сводки делали большую часть работы за Геббельса. Во время войны требования сохранения секретности затрудняли ведение пропаганды как понимал это Геббельс. Он даже заявлял: "Гитлер вскоре будет прислушиваться только к своим генералам, и тогда это будет весьма трудно для меня". Однако это, по крайней мере, позволило ему на некоторое время переключить внимание на пропаганду, обращенную к противнику.

Англичанин - предатель своей страны Уильям Джойс. Он из Германии вел нацистскою пропаганду среди своих соотечественников в Англии. После того как началась война, англичане перестали воспринимать его всерьез

Уже в период 1939-1940 годов во время ведения "странной войны" Министерство пропаганды организовало радиовещание на Францию, пытаясь посеять разногласия между западными союзниками. Французам говорилось, что Англия послала лишь шесть дивизии, а 80 французских дивизий должны были нести на себе основную тяжесть войны. Англичане, как и всегда, будут вести войну "до последнего французского солдата". С воздуха на линию Мажино разбрасывались так называемые "опавшие листья" - листовки с описанием того, как английские солдаты в районе города Лилль насиловали жен и подруг французских солдат. Предатель Франции некий Фердонне вещал по радио из Штутгарта, передавая мрачные сообщения о коррупции в правительстве Франции и еврейских финансовых кругах.

В подобных утверждениях всегда присутствовал элемент правды, вот что говорил о пропаганде во время войны английский эксперт Чарльз Реттер: "Необходимо ударять по струнам, которые всегда имеются". Своему народу Геббельс обрисовывал французов как "умирающую нацию", как очень талантливый, но невезучий народ из-за своей политической системы "становящийся все более негроидным".

Как часть геббельсовской антисемитской кампании Министерством пропаганды для прессы распространялись фотографии из еврейских гетто в Восточной Европе

Для того чтобы посеять разлад в лагере англичан, Геббельс создал так называемый "шотландский передатчик", который вещал на диалекте об англичанах, незаконно проживающих в Шотландии и Ирландии, и о вечной привычке англичан комплектовать шотландские и ирландские полки, чтобы они воевали за интересы англичан. Он заявлял, что бессердечная плутократия английских высших классов была доказана во время Битвы за Францию. Каждый день тысяча французов погибала, но вся английская аристократия в первую среду июня отправилась смотреть лошадиные скачки в Дерби. Насколько такая пропаганда была действенной, трудно сказать. Несомненно, она оказала некоторое влияние на крах Французской армии, но радиопередачи предателей наподобие Уильяма Джойса, Лорда Гав-Гав, в Англии никогда не принимались всерьез.

Через месяц после вторжения Германии в Советский Союз Геббельс создал тайную радиостанцию, вещавшую на Советский Союз. Эта станция называла себя "ленинской" и претендовала на то, что она работает с территории России. Диктором на этой станции был некто Альберт - русский немецкого происхождения, который бежал в Германию во время сталинских чисток 1936 года. Он озвучивал популярное в России в то время недовольство сталинским режимом. Аналогичные действия Геббельс проводил и против Северной Америки. Когда казалось, что симпатии Америки все больше склонялись к Англии, в Германии были созданы "черные" радиостанции, делавшие вид, что они находятся в Америке, а на самом деле вели в Соединенных Штатах пропаганду изоляционизма.

Английская фотография Черчилля, осматривающего пистолет-пулемет

Как Геббельс, так и Гитлер полагали что антисемитская и антибольшевистская пропаганда, служившая для внутреннего потребления, должна была с тем же эффектом воспроизводиться и на заграницу. Здесь они ошибались. Ни перед войной, ни во время ее антисемитизм не являлся хорошим товаром на экспорт. Бесконечные высказывания против евреев в Германии утратили сочувствие многих английских и американских слушателей, даже тех, кто не был настроен проеврейски. Отчасти это объясняется незнанием нацистами этих стран. Ни Гитлер, ни Геббельс никогда много не ездили за пределы Германии и не знали иностранных языков. Для правителей наиболее сильной в военном отношении страны их безграмотность в отношении стран противников просто поразительна. Зимой 1940 года они полагали, что их античерчиллевская пропаганда на Англию вскоре заставит англичан понять, что Черчилль несет ответственность за страдания англичан, и что последние вскоре прогонят его. В книге "Застольные разговоры" Гитлер подтверждает это. Он говорил: "Черчилль - это типичный наглец и некомпетентный пьяница - и в своей частной жизни он никак не джентльмен". Геббельс был аналогичного мнения об Энтони Идене, мнения, противоречащего здравому смыслу. В своем дневнике Геббельс писал: "Этот надушенный министр иностранных дел Англии - из него высекается хорошая фигура среди всех этих типов из синагоги. Все его образование и его сознание можно охарактеризовать как чисто еврейские". Этот комментарий раскрывает комплекс неполноценности и ревнивую ненависть к аристократам, что характерно для выскочек, дорвавшихся до власти.

"Черчилль - партизан" - это германский плакат 1941 года, который является копией той же самой фотографии премьер-министра, но голова немного наклонена

Поскольку в Польской кампании утвердилась власть германской армии, Геббельс не особенно беспокоился о восприимчивости тех иностранцев, на которых он хотел повлиять. 5 апреля 1940 года определенное число датчан и норвежцев, политиков и бизнесменов, были приглашены в германское посольство в Осло, где им показали кинофильм "Крещение огнем", в котором наглядно была продемонстрирована тщетность польского сопротивления германской армии. Через пять дней германская армия вторглась в Данию и Норвегию.


23 мая 1944 году английские и американские войска предприняли успешное наступление против немцев с плацдарма Анцио в Италии. Эта листовка предназначалась немецкими пропагандистами для подавления морального духа союзников

Фильмы "Крещение огнем", "Кампания в Польше", а позже и другие фильмы о кампаниях в Скандинавии, Бельгии, Голландии и Франции, например "Победа на Западе", были разосланы по германским посольствам во всем мире для показа в местных кинотеатрах. Общественность в Анкаре, Софии и столицах южноамериканских стран, даже Китая, должна была уразуметь непобедимость германских войск. Фильмы как бы задавали вопрос: зачем другим городам повторять судьбу Варшавы? Зачем нужно, чтобы гибло так много молодых людей без всякой необходимости? Лучше не быть врагом Германии. По мере того как Германия вторгалась в одну страну за другой, эти пропагандистские методы распространялись и в этих оккупированных странах. Оккупированная Европа стала монопольным рынком геббельсовских кинокартин и передвижных выставок.

В те победоносные годы, когда у Геббельса было меньше дел в его министерстве, он лихорадочно предавался всем другим видам работы на войну. Он посещал заводы вооружений в Руре и вел задушевные беседы с докерами Гамбурга, он принимал делегации руководителей молодежи из Японии, издателей из Испании, поэтов из Голландии. Его интересовало все, начиная от цен на картофель до сексуальных нужд иностранных рабочих в Германии. Он лично руководил публикацией выдуманного дневника английского солдата во Франции, который предназначался для распространения в той стране. А для нанесения особенного пропагандистского удара Геббельс отыскал тот самый железнодорожный вагон, в котором Германия подписала капитуляцию перед Францией в 1918 году в г. Компьен, и в котором в 1940 году Франция подписала свою сдачу Гитлеру.

Еще одна листовка из числа сыпавшихся на головы союзников в Италии по мере их продвижения на север в 1944 году

Один из элементов внутренней пропаганды оставался полностью в руках Геббельса - это была легенда о фюрере. До войны он изображал Гитлера как трезвого и серьезного государственного деятеля, теперь же фюрер преподносился как великий стратег и военный гений, который, несмотря на пессимистические предупреждения своих генералов, в течение месяца разгромил всю французскую армию. Он был ясновидящим, обладавшим пророческим даром, - универсальный человек, эксперт во всех военных вопросах, знакомый во всех подробностях с работой танков и пулеметов. Фильмы о нем демонстрировались в его полевом штабе. Кинокамера фиксировала группу раздумывающих генералов, затем камера медленно перемещалась к столу, за которым в одиночестве стоял фюрер, склонившись над картой России, лицо его отражало озабоченность и бремя его мыслей. "Вот он здесь стоит, - восклицал Геббельс в своих газетах, - планируя будущее. Великий и крайне одинокий!"

Однако этот "универсальный гений", "ни разу не ошибавшийся" на протяжении периода с 1933 по 1941 год, в один прекрасный день угодил в беду. В 1942 голу, все еще владея большей частью Европы от Дона до границы Испании, от Норвегии до островов Греции, он обнаружил, как и Наполеон 140 лет назад, что против него образовалась одна из величайших коалиций, которые мир когда-либо видел. Его бег к успеху приостановился. Именно теперь пропаганда, в понимании Геббельса, т.е. влияние на общественное мнение, возникла вновь. Между 1939 и 1941 годами немецкое общественное мнение не нуждалось ни в каком влиянии. Рев танков в Седане, вой пикирующих бомбардировщиков "Штука" в Дюнкерке заглушили голос Геббельса. Когда на Германию стали обрушиваться удары союзников, все его "таланты" вновь стали востребованными. Необходимость в пропаганде возникла заново с первыми поражениями Германии. Геббельс должен был как-то компенсировать провалы германской армии. И он выполнил это в ходе самых больших пропагандистских усилий в его жизни.

Его величеству Охотнику за головами в Белом доме - карикатура из юмористического журнала "Кладдераш"

⇦ Ctrl предыдущая страница / следующая страница Ctrl ⇨

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ 

cartalana.orgⒸ 2008-2020 контакт: koshka@cartalana.org