МИТЧЕМ С., МЮЛЛЕР Дж. "КОМАНДИРЫ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА", 1997

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ



РУДОЛЬФ ШТЕГМАН, один из немногих героев Шербура, был типичным дивизионным командиром вермахта, крутым, находчивым, мужественным и гибким. Наличие офицеров подобного калибра на дивизионном уровне и ниже было ключевым фактором успехов вермахта в дни его триумфа и единственной причиной того, что ему (вермахту) удалось удержаться на полях сражений столь долгое время.

Родившийся 6 августа 1894 года в Николейнен (Восточная Пруссия) Штегман стал в 1912 году фаненюнкером императорской армии, а в мае 1914 года в звании лейтенанта оказался в составе 141-го пехотного полка, который находился в Восточной Пруссии, когда русские вторглись на эту территорию. Полк принял участие в разгроме царской армии под Гумбинненом и Танненбергом. Это было поражение, от которого Российской империи так и не удалось оправиться.

После участия в боях против России полк юного Штегмана был переведен в сентябре 1915 года во Францию и провел остаток войны на Западном фронте, Лейтенант Штегман стал одним из тех, на кого пал выбор при наборе офицеров в ряды рейхсвера. Когда к власти в Германии пришел Гитлер, Штегман был уже в чине майора.

1 января 1938 года он получил звание оберстлейтенанта, а через год назначен командиром 2-го батальона 14-го моторизованного пехотного полка, дислоцировавшегося в Оппельне. После боев в Польше он получил повышение - должность командира своего же полка (составной части 5-й танковой дивизии), которым командовал во время Западной кампании 1940 года, участвуя в Орденском прорыве и в боях при Камбре, Лилле, Руане и Бресте. Получив в 1940 году погоны оберста, Штегман занялся переформированием своего полка. Происходило это в Германии летом того же года. Зимой 1940 - 1941 годов полк Штегмана выполнял оккупационные функции и участвовал в маневрах в Польше. Позднее он принял участие в завоевании Югославии и Греции, а затем, зимой 1941 - 1942 годов, полк перебросили на русский фронт, где он перенес все тяготы последнего броска на Москву и последовавшего за ним отступления от русской столицы, во время которого группа армий "Центр" была почти полностью разгромлена.

Из имеющихся источников не ясно, по какой причине Штегман вышел из строя - вследствие полного упадка сил или ран, но он был вынужден оставить свой пост командира 14-го моторизованного пехотного полка 5 февраля 1942 года и несколько месяцев не получал нового назначения. В сентябре 1942 года, восстановив здоровье, он вернулся на фронт с повышением - командиром 2-й панцергренадерской бригады, входившей в состав 2-й танковой дивизии, на Ржевском выступе московского участка фронта. Здесь Штегман пробыл недолго, потому что в конце 1942 года его отправили обратно в Германию для учебы на курсах командиров дивизий. В Россию он вернулся в апреле 1943 года и принял командование остатками 36-й панцергренадерской дивизии, которая была обескровлена в боях под Ржевом в 1942-1943 годах. Штегман получил задание по переформированию 36-й дивизии в немоторизованную пехотную.

К сентябрю он успешно с этим справился, и его дивизия приняла участие в боях под Смоленском, в отступлении от Могилева и в успешных для немцев наступательных боях под Бобруйском, где Штегман был серьезно ранен.

Его полное выздоровление затянулось почти до самой весны. К тому времени перспектива вторжения англо-американских войск завладела умами генералов ОКВ. OB West нуждалось в опытном командире дивизии. Штегман отбыл во Францию, где 1 мая 1944-го официально принял командование 77-й пехотной дивизией.

Новая дивизия Штегмана едва ли соответствовала определению "элитная часть". Она была создана в январе 1944 года в результате слияния 364-й пехотной дивизии с остатками 355-й пехотной дивизии. 355-я пехотная дивизия, состоявшая в основном из резервистов, позднее была вдребезги разбита в боях под Харьковом и Кривым Рогом. 364-я была сформирована в конце 1943 года в Польше, но так и не успела понюхать пороха. Новая дивизия была малочисленна и имела только два пехотных полка (1049-й и 1050-й гренадерские). Ее артиллерийский полк (177-й) был очень слаб, не имел инженерного батальона. Дивизионная разведка была немногочисленна. 77-я имела только две против" танковые роты (вместо положенного батальона). Не хватало обученных офицеров и снаряжения. Что касается человеческого фактора, то тут надеяться особенно было не на что. В основном дивизия состояла из фольксдойче, поляков и бывших советских граждан, главным образом татар с Поволжья, чья преданность рейху была весьма сомнительна. Короче говоря, в мае 1944 года генералу Штегману работать было не с кем.

Крайне недовольный фельдмаршал Роммель пришел к такому же мнению еще раньше. В апреле он инспектировал 77-ю пехотную дивизию, которой предписывалось участие в обороне Кана. Решив, что эта часть слишком слаба для обороны такого важного участка, он заменил ее 21-й танковой дивизией СС.

77-я пехотная дивизия не принимала участия в боевых действиях Дня-"Д". Фельдмаршал направил 77-ю на менее угрожаемый участок Сен-Мало-Сен-Брийе в Бретани и отправил ее прежнего дивизионного командира искать назначения в каком-либо другом месте.

Таким образом, Штегман стал командовать 77-й дивизией. Утром 6 июня генерал-оберст Долльман поднял 77-ю пехотную дивизию для перемещения в Нормандию, но штаб-квартира Роммеля задержала это передвижение, основываясь на ложных данных о возможной высадке парашютного десанта союзников в Бретани (сам Роммель в это время находился в пути, возвращаясь из Германии, и связаться с ним не представлялось возможным).

Утром 7 июня "Лис пустыни" прибыл на место и попытался взять под контроль ход сражения. Он понял, что первостепенной стратегической целью высадки был шербурский порт. Он понимал, что слабый левый фланг нормандского участка должен быть укреплен, иначе американцы прорвутся к морю через полуостров Котантен и отрежут Шербур от 7-й армии.

Он приказал 77-й пехотной дивизии укрепить группу фон Шлибена, перед которым была поставлена задача удерживать южные подступы к Шербуру. Штегман получил этот приказ в 10.15 утра, но его дивизия выступила только в 3 часа дня.

Марш должен был проводиться стремительно. Поскольку автомобилей для транспортировки в наличии не оказалось, все расстояние должно было быть преодолено пешком, и дивизию постоянно атаковали истребители-бомбардировщики союзников. Генерал Долльман был сильно озабочен тем, что непременно должен прибыть вовремя, чтобы предотвратить падение Шлибена. Авангард дивизии прибыл на место 10 июня, и к началу следующего дня большая часть 77-й дивизии уже находилась на линии фронта, обороняя по оба берега реки Мердер. Она не позволила превосходящим силам VII Американского корпуса занять господствующую высоту в Монтебуре - основное препятствие по пути на Шербур. К общему облегчению Долльмана, 11 июня он смог отрапортовать Роммелю, что обстановка на его участке фронта нормализовалась. На следующий день прибыла остальная часть дивизии Штегмана и заняла место на подготовленных позициях.32

32 Gordon A. Harrison, Cross-Channel Attack, United States Army in World War II, The European Theater of Operations (Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1951), p. 395

33 Эта часть книги была написана д-ром Мюллером

Чувство облегчения генерала Долльмана длилось недолго. К югу от позиций Штегмана располагался 100-й танковый батальон, состоявший в основном из иностранцев. Утром 12 июня, при первом же столкновении с неприятелем, он дрогнул и побежал.

Генерал-лейтенант армии США Джозеф "Молния-Джо" Коллинс, командир VII корпуса, мгновенно воспользовался брешью, образовавшейся в обороне немецких войск. Полностью соответствуя своему прозвищу, он бросил в действие 9-ю пехотную и 82-ю воздушно-десантную дивизии в бой вдоль шоссе, соединяющего Пон-Аббе и Сен-Соверле-Виком, которое теперь обороняли только несколько разрозненных групп 91-й парашютно-десантной дивизии, участвовавшей в боях с самого Дня-"Д", от личного состава которой осталось чуть больше полка. Именно здесь Коллинс осуществил решающий прорыв, который Штегман отразил за день до этого. 18 июня в 5.05 утра клинья американцев сошлись у моря, неподалеку от небольшого портового городка Барневилль, отрезав группу фон Шлибена от северной части полуострова Котантен, поймав в ловушку остатки четырех немецких дивизий - 91-й воздушно-десантной, 77-й и 243-й пехотных.

***
Пока Коллинс прорывался к морю, 77-я пехотная дивизия ввязалась в отчаянное сражение с американской 90-й пехотной дивизией. 357-му пехотному полку американцев потребовалось два полных дня боев для того, чтобы захватить деревушку Губервилль, тогда как 358-й и 359-й пехотные полки (также входившие в состав дивизии) преуспели еще меньше. Дорога на Монтебур, Валонь и Шербур оставалась перекрыта. 77-я продолжала упорно сопротивляться, а Рудольф Штегман доказал, что смог достичь максимальной отдачи от дивизии, которая прежде считалась ненадежной.

Прорыв американцев полностью оголил правый фланг, и даже отступление к Шербуру могло закончиться только ценой потери дивизии. Даже если бы она

И смогла добраться до цитадели.

Поскольку 77-я не была моторизована, а все американские части были "на колесах" и располагали несколькими танковыми батальонами, то и бегство на север было крайне сомнительно.

Роммель "дал добро" на рассредоточение дивизии и разрешил пробиваться малыми группами.

Сильно поредевшие на участке Сен-Ло немецкие войска должны были считать каждого солдата. Этот разумный приказ все же был отменен Гитлером. 77-я пехотная дивизия, распорядился он, должна любой ценой удерживать свои позиции. Противостоять прорыву американцев необходимо было лишь игнорируя этот приказ. К чему это должно было привести при таком огромном прорыве, фюрер не объяснил.

Поскольку Штегман прочно удерживал свои позиции, VII корпус генерала Коллинса повернул на север и начал прокладывать себе дорогу в обход 77-й дивизии. Тем временем новый корпус американцев, VIII, генерал-майора Троя X. Мидлтона был брошен для прикрытия коридора через Котантен, на тот невероятный случай, если потрепанная в боях 7-я армия Долльмана попытается освободить Шербур. 18 июня американцы, наконец, начали замыкать кольцо вокруг 77-й пехотной дивизии. К этому времени Гитлер до известной степени смягчил свой приказ. Ограниченные отступления к Шербуру разрешены, сказал он, но только под натиском превосходящих сил противника.

Любое отступление на юг было по-прежнему запрещено. Тем не менее генерал Штегман возглавил попытку отвода частей на юг, захватив с собой все, что было в его силах, прямо сквозь порядки американских войск.

Произошло ли это по инициативе или даже с согласия генерал-оберста Долльмана, все еще является предметом дискуссий. Естественно, что в то время Долльман это отрицал и без всяких вопросов ясно, что начальник его штаба не давал разрешение на подобные действия до самого вечера 16 июня. В любом случае тем, кто, наконец, принялся действовать, был Штегман. Днем 17 июня он начал сворачивать свои порядки, а в ночь с 17 на 18 июня сгруппировал остатки дивизии в пять "кулаков" и попытался найти брешь в расположении вражеских войск или прорваться через него.

Для большей части дивизии было уже слишком поздно. Пока Гитлер медлил, ветераны 9-й пехотной дивизии армии США вступили в сражение против 77-й дивизии, и большая часть была не в состоянии выйти из боя. Колонна, состоявшая из 177-го артиллерийского полка (и большой части транспортных средств моторизованной дивизии), успешно прорвалась через американскую линию фронта, но по пути на запад, у высоты 145, была перехвачена американским 60-м батальоном полевой артиллерии и разбита им при содействии нескольких пехотных и противотанковых частей. Остальные группы были обнаружены истребителями-бомбардировщиками союзников, от которых не было никакого спасения. Гренадеры метались в поисках укрытия от ударов авиации, но запряженные лошадьми повозки этого делать не могли. Бойня была ужасной. Солдаты были охвачены паникой, возникла угроза полного разгрома.

Рудольф Штегман носился с одного места на другое в своем командирском камуфлированном автомобиле, восстанавливая порядок и провожая колонны на юг, в направлении главных немецких позиций.

Неподалеку от деревушки Брикебе его автомобиль был замечен американским летчиком, который спикировал почти до уровня земли и с бреющего полета открыл огонь. Тело генерала Штегмана было изрешечено снарядами 20-миллиметрового калибра, один из которых угодил ему в голову. Штегман был мертв еще до того, как его тело рухнуло на пол.

Командование дивизией было возложено на старшего полкового командира оберста резерва Бернарда Бахерера из 1049-го гренадерского полка. Он оставил без ответа совет капитулировать либо повернуть обратно к Шербуру и пытался нащупать слабое место в порядках американских войск.

Германские гренадеры на Восточном фронте, 1941 год. В тот год германские пехотные подразделения несли тяжелые потери, превышавшие 30 процентов личного состава

Это ему удалось, и в ночь с 18 на 19 июня в сопровождении 1700 человек он совершил марш через коридор между VII и VIII американскими корпусами.

Оберсту Бахереру повезло. Он двигался на юг всю ночь, и на рассвете 19 июля сильная облачность и моросящий дождь помешали вражеским истребителям-бомбардировщикам подняться в воздух, дав дивизии тем самым возможность продолжать движение на юг.

Около 11 часов утра его разведчики сообщили, что менее чем в полукилометре расположилось сильное подразделение американцев. Бахерер приказал своим людям спрятаться между живыми изгородями и устроиться на ночлег.

Людям, которые не смыкали глаз 30 часов, не пришлось повторять приказ дважды - они уснули едва коснулись земли. К концу того же дня они продолжили путь, по-прежнему не замеченные противником. В ту ночь они достигли реки Оллан, но обнаружили, что все переправы блокированы сильными подразделениями американцев. Бахерер предпринял последний отчаянный маневр - старую, как мир, штыковую атаку. Американцы (часть 2-го батальона 47-го пехотного полка) были застигнуты врасплох и смяты. 77-я пехотная дивизия прорвала последнюю преграду. Оберст Бахерер достиг немецких позиций без дальнейших инцидентов и привел с собой полторы тысячи солдат (включая и всех раненых), 250 пленных и 12 захваченных в качестве трофеев джипов. Какой бы малочисленной ни была 77-я, она оказалась желанным пополнением державшим оборону частям вермахта, продолжавшим противостоять союзникам в Нормандии еще более месяца.

По иронии судьбы карьера генерала Штегмана закончилась одновременно с его смертью. Ему следует воздать должное за то, что он спас остатки 77-й пехотной дивизии. Хотя Штегман и действовал вопреки приказам фюрера, посмертно он получил звание генерал-лейтенанта. Это произошло 1 июня 1944 года. Во истину, в последний год войны гитлеровская империя являла собой странное и небезопасное для жизни место.

(Для большей части германского народа "небезопасным для жизни местом" Германия была и предыдущие 11 лет нацистского правления. (Прим. редактора))

⇦ Ctrl предыдущая страница / следующая страница Ctrl ⇨
версия страницы для мобильных устройств

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ 

cartalana.orgⒸ 2008-2020 контакт: koshka@cartalana.org