СМИТ К. "ПАРАШЮТИСТЫ США (1941-1945)", 2001

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ

Вне службы

Большинство новобранцев с трудом приспосабливались к регламентированной военной жизни. Кто-то всегда должен был знать, где они находятся, чтобы в случае тревоги любого из них можно было бы легко и быстро найти. Выходя за ворота лагеря, солдатам следовало указать в хранящемся в штабе журнале место, куда они направляются, и как долго намерены там пробыть. Им надлежало отчитываться за каждую минуту. Если кому-то хотелось выйти за пределы лагеря и провести свободное от службы время в городе, он должен был получить увольнение в штабе. Как правило, в воинской части выдавали краткосрочные увольнительные (на один-два дня) не более чем двум третям личного состава. И уж совсем немногим предоставлялся отпуск - нахождение вне лагеря свыше трех дней.

Если солдата, не имевшего на руках увольнительной (независимо от того, получил он ее в штабе или нет), задерживала военная полиция, он обвинялся в самовольном оставлении воинской части. Малейшее нарушение правил расценивалось как проступок и наказывалось наложением дисциплинарного взыскания: в лучшем случае - понижением в должности к следующему сроку выплаты денежного довольствия или частичным вычетом из зарплаты. Если же солдат отсутствовал в расположении части больше трех дней, его могли отправить на гауптвахту.

Парашютисты не только упорно учились, но и гуляли напропалую. Солдаты генерала Гевина ни в чем не уступали своему командиру. Билл Мурман как-то откомментировал различие между Риджуэйем, Тейлором и Гевином следующим образом: "Риджуэй пережрет вам горло, а затем разрыдается, Тейлор перережет вам горло и не заметит этого, Гевин перережет вам горло и рассмеется".

Феникс-сити (штат Алабама) оставался вожделенным местом для многих получивших увольнительные десантников. Давняя близость к военному лагерю наложила свой отпечаток на атмосферу в городе. Там десантник мог найти горячий обед, спиртное, азартные игры и женское общество. Как и вблизи других военных баз, в Фениксе процветала проституция. Неизбежно возникали пьяные ссоры, которые наказывались частичными денежными начетами и нарядами вне очереди. За более серьезные правонарушения солдаты расплачивались непродолжительным пребыванием на гауптвахте.

Поединки редко бывали "один на один", поскольку туг вопрос стоял уже о "чести" всего подразделения. Частенько наряд комендатуры вызывался к бару или придорожному кафе, чтобы забрать там своих парней. Солдат наказывали, но они принимали подобное наказание с гордостью, так как всерьез полагали, будто защищали честь своего подразделения. Если с ними и вступали в поединок, рассуждали парашютисты, то только потому, что просто-напросто завидовали им. Многие парашютисты зашивали серебряный доллар под эмблемой парашюта на своих пилотках. Это, как считалось, были деньги на черный день, но реальная цель состояла в том, чтобы произвести впечатление на соперника, когда тому неожиданно в лицо бросали деньги.

Офицеры и сержанты 508-го батальона перед выходом на дежурство читают еженедельную газету "Красный Дьявол". Эта фотография сделана в расположении батальона во Франкфурте-на-Майне

Не только рядовые солдаты напивались и буянили, недалеко ушли от них офицеры. Нередко военная полиция вызывалась и в офицерский клуб. Там офицеры-десантники пытались продемонстрировать свою ловкость и соревновались в прыжках: сначала с эстрады, потом с балкона и, наконец, из окна ванной комнаты на втором этаже.

Опоздание на построение или перекличку даже на минуту уже автоматически переводило военнослужащего в положение самовольно покинувшего часть. Точно также, если солдату удавалось проскользнуть мимо поста, чтобы посетить семью или городской бар, - это засчитывалось как разновидность "самоволки". Любого отсутствующего изначально считали находящимся в самовольной отлучке до тех пор, пока командование не могло квалифицировать его поступок как дезертирство: либо по длительности отлучки, либо если в результате опроса его сослуживцев выяснялось, что солдат не собирался возвращаться в часть. Как только это устанавливалось, он объявлялся дезертиром. Дезертирство предполагало как минимум тюремное заключение, а в чрезвычайных условиях (например, перед лицом врага) могло караться смертной казнью.

Центр парашютно-десантной подготовки имел постоянный штат преподавателей, призванных обучать десантников, прошедших десантные курсы. По традиции они фотографировались на фоне таблички с названием их части в Форт-Беннинге

В каждом подразделении у дневального хранился журнал учета получивших увольнительные. Солдат должен был иметь увольнительную при себе и предъявлять ее по первому требованию. Любой проходивший через ворота части военнослужащий мог быть остановлен дежурными сотрудниками военной полиции и был обязан предъявить увольнительную. Точно так же и в городе военные полицейские имели право останавливать солдат и требовать увольнительную. Если солдат не предъявлял полицейским соответствующего документа, он арестовывался. Обычно военные полицейские не останавливали солдат, разве только он был пьян, шумел или нарушал общественный порядок каким-либо иным образом. Но уж если останавливали, то всегда спрашивали об увольнительной.

В казармах или в городе солдаты, чтобы скоротать время, играли в покер и "Блэк Джек". Кое-кто баловался "игрой в индейцев". Эта опасная игра состояла в том, что солдат брал нож и, все убыстряя темп, отбивал его лезвием какой-нибудь ритм, втыкая острие между растопыренными пальцам другой руки, вытянутой на деревянном щите. Оп втыкал нож между пальцами так быстро, как только мог. Тот, кто делал это быстрее и дольше всех (без членовредительства), признавался победителем.

Классные и практические занятия

Существовало два основных способа обучения военному делу: в классе и на свежем воздухе. В классных комнатах изучалась теория, на улице отрабатывались практические навыки. На ранней стадии обучения основное внимание уделялось усиленной физической подготовке. Главными были занятия гимнастикой, которые длились не менее часа. Физическая подготовка и строевая муштра занимали большую часть времени в первые недели обучения, были ежедневными и иногда продолжались до полудня. Физическая подготовка состояла из зарядки, бега, подтягиваний на турнике, прыжков через козла, отжиманий от пола, приседаний, построений на "первый - третий", шагистики и упражнений с винтовкой.

Физическая подготовка начиналась с построения и команды "Разобрались!", которая означала, что солдату необходимо встать на определенное расстояние от стоящих рядом с ним в строю. Как только каждый новобранец замирал на отведенном ему месте, начинались упражнения. Иногда в конце серии упражнений солдаты должны были прокричать нечто подобное девизу: "Даешь больше физподготовки, сержант!" - как если бы они на самом деле требовали продолжения занятий.

"Отдых - смена занятий", и от занятий по физической подготовке солдаты "отдыхали", преодолевая 8 км марш-бросок или на полосе препятствий, обычно располагавшейся рядом со столовой. Она включала в себя беговую дорожку, лабиринт и барьер, полосы для переползания, бревна и верхние брусья - "обезьянник". Беговая дорожка и лабиринт состояли из двух отдельно стоящих барьеров приблизительно в метр высотой. Солдат становился перед ними и по команде бежал то с одной стороны барьера, то между ними. Преодолев барьеры, он прыгал через расположенную в метре позади них яму с песком.

После нескольких недель обучения новобранцы по очереди заступали в наряд, что было необходимо для обеспечения жизнедеятельности лагеря. Обычно они охраняли склады, обнесенные колючей проволокой, или стояли на посту около здания штаба. Новобранцам крайне редко поручали охрану объектов особой важности. Часто они шли в наряд в каске и маскхалате с винтовкой и штыком (обычно в ножнах), но без боеприпасов.

В течение ночи сержант или капрал из взвода охраны обязательно обходил посты. Его ждал окрик: "Стой, кто идет?!" "Нарушитель" в этом случае должен был назвать себя, а часовому в карауле потребовать: "Шаг вперед, пароль!" Восьмичасовой ночной наряд по охране территории обычно включал в себя два часа на посту, четыре - в караульном помещении и еще два на посту (или в ином порядке). Некоторые солдаты несли дежурство на посту сразу четыре часа, а затем в караульном помещении - еще четыре. На следующий день после наряда солдатам, бывшим в карауле, приходилось заниматься наравне со всеми, несмотря на бессонную ночь.

В американской армии под термином "полиция" понимается нечто иное, чем блюстители закона (хотя и существует "Военная полиция"). "Полиция" означает, что надо тщательно вычистить всю территорию вокруг бараков, поднимая бумажки, брошенные где попало, окурки сигарет и прочий хлам. В дополнение к наряду по охране территории новобранец мог получить наряд на кухню ("полиция кухни"), выполнять обязанности посыльного при штабе, дневального в казарме (вместе с дежурным сержантом), ночного истопника или сменного дежурного по пожарной охране.

Наряд в "полицию кухни" особенно недолюбливали, так как дежурным приходилось начинать работу на два часа раньше других. Они мыли лотки и подносы после еды, помогали готовить завтрак, обед и ужин (обычно чистили картошку и открывали консервы), находясь в наряде до 20 часов 00 минут, а иногда и дольше. Одежда и ботинки после работы на кухне становились сальными и грязными, и у солдат был только час, чтобы приготовиться к следующему дню до того, как в 21 час 00 минут погасят свет. Повара, которые и сами постоянно находились в состоянии цейтнота, проявляли больше садистских наклонностей, нежели другие начальники, и очень немногие из них относились к своим подопечным более-менее по-человечески и держались в рамках приличий.

Высадка парашютистов 82-й воздушно-десантной дивизии с самолетов Си-47

Солдаты, назначенные истопниками, всю ночь напролет топили печи, выгребали золу и следили, чтобы котел не перегрелся. Пожарный наряд ежечасно осматривал помещения. Каждый солдат заступал на смену в среднем раз в десять дней. После отбоя дежурный пожарного наряда обходил казармы, патрулировал территорию лагеря, следил за тем, чтобы нигде не произошло возгорания от неосмотрительно брошенного окурка сигареты, горящих углей от горячей водонагревательной печи или поджога. Если находящийся в наряде обнаруживал очаг возгорания, ему надлежало поднять по тревоге своих товарищей. Жизнь в лагере готовила новобранцев к тому, что на сон у них будет оставаться лишь несколько часов в сутки.

Каждое воинское подразделение имело свой живой талисман.

Женщина на фотографии - это известная спортсменка Соня Эни, которой присвоили звание почетного полковника 508-го батальона во Франкфурте. Рядом с Эни - командир части полковник Рой Линдквист. Они осматривают окрестности. Обратите внимание на флагшток за левой рукой Линдквиста

По мере прохождения КМБ от каторжной физической подготовки первых дней переходили к изучению того, что имело большее прикладное значение, например к обучению технике меткой стрельбы, рукопашного боя, штыковой атаки, метания гранат и навыкам походной жизни. Занятия в классах, однако, не прекращались и всегда предшествовали практическим.

Бивуак (из курса походной жизни) часто становился первым знакомством городского парнишки с большим миром. В ходе трехдневного похода с ночлегом новобранец узнавал, как солдаты ночуют под открытым небом, учился правильно ставить палатки, копать траншеи для отхожих мест, заступал на ночное дежурство по лагерю, где должен тщательно охранять оружие, чтобы оно не досталось сержантам, изображавшим "охотников за оружием". Горе тому, чье оружие исчезало ночью, ибо на следующий день на построении сержант, указывая на него, говорил в назидание другим, каким не должен быть солдат. Но кроме этой "публичной порки" несчастный новобранец получал наряд вне очереди и дополнительные задания по физической подготовке.

Базовый курс молодого бойца для десантников предусматривал обучение меткой стрельбе из винтовки. Затем, уже во время индивидуальных занятий, их учили правилам обращения со специальным оружием. Подобно любому пехотинцу в американской армии, десантник должен был быть хорошим стрелком. При обучении стрельбе из автоматического пистолета 45-го калибра и метанию гранаты применялась стандартная методика. Молодой десантник изучал также и приемы штыкового боя: как колоть и отражать выпад, как использовать приклад в рукопашном бою.

Во время прохождения КМБ солдаты изучали приемы рукопашного боя. Им показывали, как справиться с врагом, вооруженным винтовкой, как пользоваться ножом, как повалить врага на землю и сесть на него верхом. Ни один прием, который мог спасти жизнь американского солдата, не оставался без внимания. Кроме того, парашютистам приходилось учиться дополнительным приемам ведения такого боя.

Пройдя курс молодого бойца, солдаты приобретали неплохую физическую форму, получали представление об основных принципах меткой стрельбы и о правилах ношения военной формы. Однако, что самое важное - они научились беспрекословно выполнять приказы. "Если я говорю - прыгать, - обычно наставлял сержант, - значит, я хочу услышать от тебя только одно: с какой высоты?"

Для будущего парашютиста КМБ являлся только первым шагом на пути познания военного искусства. Чтобы овладеть им в полной мере, десантник должен был максимально использовать свой потенциал, в том числе умственные и физические способности. Однако большинство десантников обнаруживали пределы своих возможностей уже в центре парашютно-десантной подготовки.

ДЕСАНТНЫЕ КУРСЫ

Обучение методам высадки с парашютом ("начальная десантная подготовка"), получившее неофициально название "Десантных курсов", проводилось в Форт-Беннинге (штат Джорджия). Здесь будущие десантники изучали, как упаковывать парашюты, правильно размещаться в самолете и покидать его, как совершить прыжок, не повиснув на хвосте самолета, как надо открыть парашют и правильно приземлиться, а также что надо делать, чтобы после высадки найти своих товарищей. Десантники учились не только тому, как прыгать с парашютом, приземляться и вести бой в тылу врага, но и как принимать решения, не теряться в любых обстоятельствах, проявлять находчивость и смекалку при выполнении задания. В течение всей Второй мировой войны парашютисты могли пройти дополнительное обучение и получить квалификацию инструктора парашютного дела или разведчика.

Инструкторы парашютного дела были экспертами, которые организовывали выброску "с борта самолета". Они должны были принимать решения и устранять проблемы, возникающие как на земле, так и в воздухе. В ходе обучения роль таких инструкторов выполняли преподаватели парашютного дела, а во время боевых вылетов и прыжков - обычно офицеры или сержанты, которые должны были прыгать первыми либо последними. В качестве разведчиков выступали специально обученные парашютисты. Они высаживались заранее, до вылета главных сил, и размечали зону десантирования так, чтобы пилот мог легко ее обнаружить. Иногда разведчики размечали зоны приземления для планеров.

Новобранцы и десантные курсы

Поскольку парашютисты должны были выполнять специальные задачи в чрезвычайных условиях, во главу угла ставилось достижение определенного уровня физической и психологической подготовки. Прыжок с самолета легко выполнить первый раз, но повторить его намного тяжелее - ты уже представляешь, что тебя ждет. Выполнение самого прыжка не требует особых физических затрат, но динамический удар при раскрытии парашюта, когда останавливается свободное падение парашютиста и начинается плавный спуск, оказывает серьезное физическое воздействие на человека, так как при раскрытии купола возникают перегрузки. Приземление - дело также довольно рискованное, и сломанные ноги и растянутые связки - обычное дело. Порезы и ушибы, так же как "земляника" (кровавые следы и синяки на шее и иногда на плечах, оставшиеся от ударов свободными концами и обхватов подвесной системы), были привычными для большинства парашютистов Второй мировой войны и считались издержками профессии.

Молодой сержант во время тренировки в Лоусон Филд собирает свой парашют (модели Т-5 камуфляжной окраски) и укладывает стропы так, чтобы потом, после окончания занятия, он без труда мог отнести его назад к упаковочным навесам. На нем комбинезон образца 1942 г.

Солдат, прошедший курс молодого бойца, знал, что любой военнослужащий с нашивкой на рукаве или шпалой в петлице выше его по званию и ему надо повиноваться. Для всех военных субординация занимает важное место, но в воздушно-десантных войсках ей придается особое значение, в связи с чем десантники выработали свои собственные нормы поведения. Это было предопределено спецификой этих войск, где поставленные задачи было необходимо выполнить любой ценой.

Обучение на десантных курсах, продолжавшееся четыре недели, включало четыре этапа, которые получили обозначение А, В, С и Б. При этом от этапа к этапу задания усложнялись. В это же время старослужащие в индивидуальном порядке проходили дополнительный курс минно-подрывного дела. Они изучали материально-техническую часть артиллерийских орудий, систему работы коммуникаций и т.д. На десантных курсах все было нацелено на подготовку парашютиста-десантника к высадке в тылу врага. Первая неделя на десантных курсах (этап А) характеризовалась высоким уровнем физических нагрузок. Каждый новобранец все время куда-нибудь бежал. А когда не бежал, то, как правило, прыгал или по двадцать раз отжимался перед сержантом. Ну а в качестве своего рода развлечения он преодолевал полосу препятствий у столовой. Предполагалось, что перед входом туда солдаты должны были или стоять по стойке "смирно", или преодолевать полосу препятствий. Расчет строился на том, что подобный ритм жизни либо сформирует из новичка бойца, либо сломает его.

Под навесом для укладки парашютов инструктор объясняет курсантам, как надо правильно укладывать парашют. На фотографии он запечатлен в тот момент, когда просматривает парашют на предмет повреждений

На второй неделе (этап В) происходило сокращение числа занятий по общей физической подготовке и акцент переносился на развитие навыков десантирования. Солдат изучал теорию правильного десантирования из самолета, управления парашютом и приземления. К этому времени новоиспеченный парашютист уже имел представление о том, какими надо обладать основными навыками. Но их еще предстояло развить прежде, чем солдата можно было бы считать подготовленным к выполнению основной миссии. Парашютисты начинали прыгать с помостов, потом переходили к скольжению по проволочным имитаторам спуска с 16,5-метровых тросовых горок.

Третья неделя обучения (этап С) отводилась на освоение надлежащей укладки парашюта, выполнение прыжков с 75-метровых вышек, обучение технике свободного падения с парашютом, практическому управлению парашютом, отработке способов его раскрытия в критических ситуациях, смягчения удара о землю, выполнения различных приемов после приземления и тому, как после этого сложить парашют и добраться до места сбора части. Поначалу будущие десантники, возможно, и не испытывали особой тяги к освоению методов укладки парашюта. Между тем инструктор сообщал им, что каждый солдат будет прыгать с тем парашютом, который сам и уложит, отчего глаза у будущих десантников округлялись, но интерес к оснащению и укладке парашюта сразу же резко возрастал.

Под навесом для укладки эти парашюты сначала раскладывались на длинных столах, затем укладывались в обратном порядке в холщовые ранцы с металлическим каркасом: вначале подвесная система парашюта, затем стропы, потом нижняя часть купола и, наконец, верхняя, которая была связана с чехлом парашюта и вытяжным тросом. Чтобы удержать все по отдельности и связать скользкий шелк или нейлон парашюта, поперек него укладывались специальные грузики - мешочки с песком.

Наиболее важной и ответственной была четвертая неделя (этап D). В этот период курсанты выполняли пять прыжков с самолета, причем последний (пятый) - ночью. Первый прыжок выполнялся с высоты 365 м, второй и пятый - с 300 и, третий и четвертый - с 250 м. После выполнения ночного прыжка десантник получал знак отличия в виде серебряных крыльев, право росить брюки заправленными с небольшим напуском в отполированные до блеска ботинки и называть себя парашютистом-десантником. Заканчивалось обучение на курсах официальным парадом, на котором парашютистам и вручались крылатые значки.

На фоне одной из 76-метровых парашютных вышек десантных курсов сержант встает после приземления. Он демонстрирует силу тяги, которой обладает раскрытый купол парашюта, который способен опрокинуть солдата с ног, и протащить, волоча с неимоверной силой, по земле. Все это может привести к травмам, начиная от перелома костей до, как случалось, получения смертельных увечий. Обратите внимание на вытяжное кольцо раскрытия купола парашюта в его правой руке.

⇦ Ctrl предыдущая страница / следующая страница Ctrl ⇨

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА / МЕНЮ САЙТА / СОДЕРЖАНИЕ ДАННОЙ СТАТЬИ 

cartalana.orgⒸ 2008-2020 контакт: koshka@cartalana.org